Загадай желание в Новый год

Трудись, Линси, наслаждайся способностью исполнять желания, – она усмехнулась, – может однажды повезет и тебе. А сбежать даже не пытайся, не выйдет, достаточно хозяину стукнуть донцем сосуда, как ты вернешься в свое обиталище. Ни отменить чары линси, ни разбить свое жилище ты не можешь. И да, без разрешения хозяина не выйдешь наружу.

Старуха задремала, а я задумалась. Что все-таки со мной произошло на самом деле. Вино оказалось паленым, и я схлопотала острое отравление? Или, поскользнувшись, упала и здорово ударилась головой? А быть может, по мне жахнула новогодняя петарда и сейчас я умираю в реанимации?

Верить, что стала джинном из лампы, разумеется, не собиралась.

Постепенно паника и ужас, застилающие разум, уступили место апатии.

За стеклом мне не было ни холодно, ни жарко. Голод и жажда не мучили, как и прочие природные потребности. Словно, я действительно стала эфемерным существом, не нуждающимся в привычных вещах.

Хотя вру, еще меня раздирала жажда мести той, что поймала меня в свою магическую ловушку. Я затаилась и терпеливо ждала своего часа, когда смогу выбраться из пузырька и воздать по заслугам коварной ведьме.

А вот старуха, казалось, про меня напрочь забыла. Она спокойно жила, варила снадобья для редких посетителей своей лавки, на досуге почитывала огромную книгу, установленную на деревянном пюпитре, но все чаще дремала в кресле-качалке под теплым вязаным пледом.

Так закончилась зима, а за ней и весна. Смену сезонов мне удавалось наблюдать в кусочке окна. Он виднелся из-за прочих склянок, располагающихся на полке рядом с моим сосудом. Но я была рада и той малости, лишенная других развлечений.

Все изменилось в тот день, когда в лавку вошел важного вида мужчина с пронзительно-черными глазами. Высокий, широкоплечий. Его осанка выдавала знатное происхождение, а дорогие одежды – немалое состояние. Он разговаривал с ведьмой тихо, сквозь зубы, поэтому я смогла расслышать лишь несколько слов: «желание», «линси» и «договорились».

Старуха низко поклонилась, проворно схватила деньги и спрятала их в карман под фартуком.

– Сейчас принесу, илор, – заискивающе прошуршала она и метнулась к полке с пузырьками.

Мое сердце пропустило удар. Неужели пришло мое время? Я и жаждала этого момента, и немного боялась.