Путешествия Дариана Лиски

Создания походили на раздутые шары с человеческими ртом и глазами, потом он заметил хвосты длиной в его рост. Рыбы, как ему казалось, не были безобразны и даже как будто улыбались.

– Ты знал об этом озере? – спросил Ресэли.

– Да, в обменнике находил информацию. Я интересуюсь водой и сейчас в восторге от того, что вижу!

– Самая интересная часть – это вложение в них интеллекта, что позволяет им петь в хоре, управляемом дирижером. А физиологические особенности – работа пары недель.

– Они обладают интеллектом?

– В большей степени, чем остальные рыбы, они как морские млекопитающие, хотя всего лишь поют.

Дариан заслушался, рыбы пели о любви и гармонии.

– Музыку и слова написала Мару-Эль, – Ресэли улыбнулся старшей дочери.

– Я люблю музыку, и это так восхитительно – делать то, что нравится, – сказала Мару-Эль. – Дариан, ведь тоже ее ценитель.

– Да, но я не пишу. В меня не заложили гены, отвечающие за страсть к музыке. Хотя меня вообще не проектировали, мои составляющие выбраны абсолютно произвольно.

– Мы так привыкли полагаться на обменник и на самих себя, что исключаем действие случая, так называемых неучтенных факторов. И возможно, в каких-то ситуациях это мешает нашему развитию, – произнесла Мелония после недолгого молчания.

– Да, я размышлял над этим. Мы всё и всегда стремимся упорядочить, – Ресэли встал с мягких подушек и принялся подкармливать рыб, – хотя какой прекрасный случай, что мы познакомились. Так и ты у родителей, полагающихся на вероятность, получился таким, будто они сочиняли тебя десятилетиями.

– Вы мне льстите, Ресэли. Во мне нет ничего особенного, иногда я думаю, что если бы в нашем мире существовала конкуренция, то я был бы ни на что не годным. Ни в одном деле я не достиг выдающихся результатов.

– Ты еще не так много прожил на планете. И то, что у тебя получится лучше всего, ждет впереди, я уверен.

– Возможно, Ресэли, однако мы говорим о настоящем, и в сравнениях мне не выжить, – смеясь, ответил Дариан.

Рассмеялись все.

– Думаю, что бояться нет смысла, Дариан. Вряд ли жизнь среди лиловых пойдет по линии конкуренции, – сказала Мару-Эль. – К чему здесь это? Только оранжевые живут по таким законам, но ты же не собираешься переселяться к ним?

– Некоторые лиловые интересуются ими до сих пор, пытаясь усовершенствовать. Но подозреваю, это невозможно, велика пропасть. Хотя удивительно, у нас один и тот же набор генов, – продолжила Рене.

– Я не интересовался оранжевыми.