Идеальный донор. Караван

На поверхности дисков были вырезаны необычные массивы, сложенные из множества крошечных печатей. Несмотря на крупное массивное тело, казалось, что охраннику не больше шестнадцати лет из-за его по-детски округлого лица без малейших признаков щетины и несколько удивленного выражения глаз.

– Не уверен, – ног я уже не чувствовал.

– Не переживай, – бодро сказал парень. – Яд у красного древолаза не особо опасен и вызывает лишь временный паралич.

Я внимательно посмотрел на труп обезьяны, лежащий прямо перед моими глазами.

– Лучшее противоядие – это зерна скорнии, у лекаря точно есть, – с этими словами охранник приподнял меня, сделал несколько шагов и закинул на седло лупоглаза, покрытое мягким розоватым мехом, в котором я узнал шкуру огнеплюя. Видимо, Шрам и раньше сталкивался с ними.

– Отвези их к лекарю, пусть накормит скорнией. И Зеленому на сегодня хватит, иначе он пол-леса к нам стянет, – с ног до головы покрытый брызгами крови подошел Добряк, но сейчас его прозвище казалось скорее насмешкой.

– Хозяин, откуда такая стая? Мы ж всего на два дня только отъехали от города, – спросил парень с дисками, закидывая парализованного Шрама на мою Пинь.

– Неважно. То ли Зеленый им так глянулся, то ли их в этом году многовато народилось.

– А ведь на караван ни одна обезьяна не напала.

– Хватит болтать! Вези их.

– А если они снова…

– Глаза разуй! Тут не меньше двух сотен полегло. Откуда еще возьмутся?

Парень с дисками согласно хмыкнул, взял наших лупоглазов за поводья и поехал назад к каравану.

Второй раз за день я очутился в фургоне торговцев, и снова Байсо поил меня водой, помогая проглотить сухие горькие семена, с виду больше похожие на овечьи катышки.

Мальчик состроил серьезную мину и сказал:

– Шен, ты должен отказаться от авангарда. Я скажу Джин Фу, что не приму его в качестве учителя, если он не переведет тебя в караван.

Я сглотнул горькую от семян слюну и выпалил:

– Нет, Байсо! Даже не смей. Это всего лишь временный паралич.

– Это всего лишь ожог. Всего лишь паралич. Всего лишь отрубленная рука. А это всего лишь смерть! – закричал Байсо, не обращая внимания на прочих людей в фургоне. Впрочем, торговцы делали вид, что не слышат наш разговор. – Ты что, не понимаешь, что можешь умереть?

– Байсо, успокойся! Конечно, понимаю.