Миллионы вероятных шагов

Но они выскальзывали из-под скрюченных пальцев, и он тщетно старался натянуть их на немощное тело. А когда новый спазм сотряс больного, он не удержался и распластался лицом вниз на белом полу.

Михвелс взволнованно подошёл ближе. Неприятный горький запах, исходивший от плоти, сильно ударил в нос. Казалось, человек доживает последние часы – таким страшным и обречённым был его вид.

– Не стоит подходить к нему близко – раздался знакомый голос молодого человека – Этот больной обречён.

Но Михвелс даже не повернулся.

В тусклых голубых глазах промелькнуло удивление, смятение и благодарность. Несколько секунд немощный старик рассматривал брумнта, словно пытаясь навсегда запомнить его благородное лицо.

– Спасибо Вам – еле слышно прошептал он, снова закашлявшись, и прикрыв дрожащей рукой губы – Только парень прав, не стоило подходить ко мне.

– Почему Вы здесь? – ошеломлённо вымолвил Михвелс, совершенно не понимая, почему человек последние часы жизни должен проводить в этом месте – Вам надо в больницу.

За спиной раздался громкий смех. Михвелс резко оглянулся, ощущая, как в душе закипает гнев. Молодой человек, скрестив руки на груди и весело прищурившись, рассматривал брумнта.

– Что смешного я сказал? – сквозь зубы процедил тот, чувствуя, что может взорваться – Или на прекрасной планете Авмир бросают умирать на улице?

Эти слова мигом согнали самодовольную улыбку.

– Хотите ему помочь? – с издёвкой выдавил он сквозь плотно сжатые губы – Ну что же – валяйте! Только сами не испустите дух!

– Ничего, как-нибудь выживу – парировал Михвелс, помогая больному встать на ноги – Как Вас зовут?

Дрожа и с трудом удерживая вертикальное положение, больной опёрся о руку брумнта.

– Моё имя Нонт, добрый человек. Спасибо, что помогаете…

В карих глазах Михвелса словно отразилась боль этого несчастного.

– Я постараюсь Вам помочь. Может, не смогу спасти, но думаю, в моих силах убрать спазмы. Держитесь, Нонт. Всё будет хорошо.

– Неужели Вы наш новый доктор?

Этот насмешливый голос всё сильнее действовал на нервы. Ещё немного – и самовлюблённый болван рискует оказаться с разбитым носом.