Как (не) вляпаться в любовь

– Так! Чудо ты моё, зарёванное, давай, поднимайся, – я сама подскочила и требовательно подала ей руку, – слезами горю не поможешь.

– А чем поможешь? – шмыгнув носом, девушка доверчиво посмотрела на меня снизу в верх.

– Уверенностью в себе, например, – буркнула. – Давай-ка ты сейчас пойдёшь к себе, умоешься, успокоишься, хорошо?

– Зачем? – тут же захлопала своими ресницами девушка.

– Затем! К ужину спустись такой шикарной, чтобы твой жених локти себе кусал, – на меня смотрели с непониманием, а потом и на свои локти с сомнением.

– Ох, горюшко ты моё луковое. Где твоя гордость? Ты красивая, юная, за тобой мужики толпами бегать будут, а ты сидишь тут, ревёшь из-за какой-то дуры, – опять протянула руку. – Давай, приводи себя в порядок и к ужину спускайся королевой.

Девчонка, а сейчас я видела насколько юна эта мисс вселенная, смотрела на меня ещё с минуту, а потом её личико озарилось торжеством. Ну вот, дошло, наконец.

Мы быстро вернулись в дом, и если Шахира ускакала на второй этаж, то я отправилась в штаб, то есть на кухню.

– Значит, так, слушай меня внимательно. Хотя, нет… – задумалась на мгновение. – Ты Шахиру любишь? – ну дебильный вопрос, понимаю, но вдруг сюда привёрся не по любви, а достоинство своё потоптанное восстановить, тьфу ты, самолюбие.

С этим котом поведёшься, всякая фигня в голову лезет.

– Люблю! – расправил плечи парень и тут же сдулся. – И она любила, я не понимаю, что произошло и почему мне с ней поговорить не дают.

– Отлично! Поговоришь, но не сейчас. К ужину готовься: романтика там всякая, столик на двоих и так далее, ну не мне тебя учить.

Глянула на парня, на личей и те кивнули, что все сделают в лучшем виде.

– И это… кто такая Шмара, Шемара, Шеваза… – пощёлкала пальцами, пытаясь вспомнить имя соперницы.

– Шизара, – нахмурился парень.

О, точно, Шиза, как такое имя можно давать своему ребёнку?

– Ага, она.

Интерес к принцу я потеряла, он задумался, что-то для себя решая. А я глянула на личей.

– Боря или Марк, поможете мне с коридором? А то если ещё один проход так внезапно откроется, я за себя не ручаюсь.

Личи не врали, они за любой кипиш, кроме голодовки.