Дочки-матери

Никита молча подвинул ей бокал с вином, и она залпом осушила половину.

– И в самом деле, давайте лучше выпьем, – предложил Леша, поднимая свой бокал.

Анюта все еще дулась, но продолжать конфликт не стала, и вечер потек своим чередом. Гости много ели, еще больше пили, поздравляли именинницу и танцевали. Анюта пару раз выходила в эфир, но Никита ловко уводил Леру на танцплощадку, и ссор больше не возникало. К тому моменту, как наступила «любимая» Лерой часть любого семейного торжества и к ней потянулись родственники с просьбами подсказать, что у них может болеть в правом боку, левой пятке и чуть выше нижней части спины, она пришла уже в настолько благодушное состояние, что могла с милой улыбкой отвечать свое коронное «вскрытие покажет».

Никита каждый раз успевал увести ее до того, как родственник осознает ответ и разозлится. Праздник периодически омрачали только какие-то неполадки с электричеством, свет на несколько секунд будто притухал и начинал моргать, да обрывы мобильного интернета, но последнее замечала исключительно Анюта.

За окном давно сгустилась темнота, гости разбрелись по большому залу, некоторые уснули прямо за столиками, когда громкий женский крик прервал веселье. Музыканты испуганно замолчали, все танцующие остановились, даже дядя Олег поднял голову со стола, непонимающе оглядываясь вокруг. Должно быть, уже забыл, где и по какому поводу находится.

Крик повторился, и теперь стало понятно, что доносится он со стороны подсобных помещений и туалета.

Это был вопль ужаса, а не боли, поэтому едва ли кто-то из персонала облился кипятком.

Леша сориентировался первым. Кинул взгляд на Леру, и та, мгновенно выпадая из состояния легкой мечтательности, кивнула. Они вдвоем бросились в сторону туалетов, Никита следовал на полшага позади, будто признавал за ними право на первенство как полицейского и судебного медика. Анюта, конечно, не осталась в стороне и тоже побежала за ними, на ходу включая телефон.

Что-то происходило в женском туалете.

Дверь в него была распахнута, рядом уже собралась толпа тех, кто находился ближе в момент происшествия. Бесцеремонно растолкав всех локтями, Леша и Лера ввалились внутрь.

На кафельном полу, в луже воды, лежала, подвернув под себя руки, женщина в ярко-алом платье. Лера сразу узнала свою троюродную сестру Вику. Этим вечером они успели лишь обменяться вежливыми кивками, даже не разговаривали, но в платье такого цвета была одна она.