Смешинки и грустинки. Согревающие истории о счастье, любви и немного волшебном коте

– Ну так и выбрасывайте свой мусор в свои баки! Вон там они, – раздраженно указала палочкой самая бойкая бабушка, видимо, идейный вдохновитель мусорного дозора.

– Так я этот мусор за вашим домом собрал. Может, мне его вообще к себе домой отнести? – начал заводиться Олег. Джоли затряслась, спряталась за Олегову ногу и истерично залаяла, решив внести свои доводы в спор.

– Собрал он, ага. В магазине собрал и в себя залил пойло это. А собака должна гулять в наморднике, дети кругом, а если покусает? Вон она какая злобная.

Олег, поняв, что толку от дискуссии не будет, взял Джоли на руки и, молча развернувшись, пошел домой.

Через несколько дней, опять собрав за домом несколько бутылок, он демонстративно, на глазах у мусорных беретов, выбросил их в бак.

– Мужчина, вы по-русски понимаете? У вашего дома есть свои баки, в них свои бутылки выбрасывайте! – взвилась старушка, которую Олег про себя называл главарем мусорного дозора.

– Это ваши бутылки, я собрал их за вашим домом и выбрасываю в ваш бак.

– Не, ты посмотри, Люба, наши бутылки! Может, мы их с тобой выпили, да не заметили? – распалялась бабушка, потрясая палочкой.

– Может, и выпили, да забыли, – включился в игру Олег. – Память-то уже не та.

Бабули сначала онемели от такой наглости, а потом предводительница пошла с козырей:

– Полицию надо вызвать, пусть разбирается с этими алкашами и собаками их бешеными!

Олег шел домой, по пути вспоминая старый анекдот, что пусть лучше бабули думают, что соседка проститутка, чем узнают, что она терапевт.

На следующий день у Олега была смена, вызовов было много, стояла жара, не дающая облегчения даже ночью, пожилые слегли с давлением, дети – с инфекциями, отравлениями и солнечными ударами.

Последний вызов был не из их зоны работы, но диспетчер попросила съездить:

– Бабуля там помирает, дед ее уже раз сто позвонил, а другая машина еще не скоро освободится.

Вызов, как оказалось, был в соседний от Олега дом.

В дверях его встретил дедок, Олег его сразу узнал – тот доминошник, у которого поджелудочная. Профессиональная деформация такая – запоминать людей по диагнозам.

Старик, шаркая тапками, провел Олега в комнату и засуетился вокруг дивана, на котором лежала старушка.

Поправил одеяло, откинул уголок простыни, приглашая Олега присесть.