Опрокинутое небо

 – Напиши на меня жалобу.

– Это нарушение правил безопасности!

– Безопасности? – восхитился Илья. – Ты меня сейчас чуть не убила! Чуть не сорвала операцию! Да ты не помощь, ты балласт! Учили ее! Учили, учили, да не выучили! Иди в рубку и сиди на попе ровно! – И зло припечатал, добивая: – И можешь оттуда руководить, я не против.

Рокси молчала, и Илья, пользуясь затянувшейся паузой, развернул аквабайк и направился к провалу. Но, спустившись на двести с небольшим метров, остановился: во-первых, на все эти прыжки туда-сюда они потратили почти час, и диоды на концах дыхательных трубок уже горели красным, сигнализируя об окончании работы, а во-вторых, следовало убедиться, что эта чокнутая не рванула за ним следом.

Илья выудил из гермы две запасные трубки и принялся их неспешно прикручивать на место старых. Океан вокруг был тих и неподвижен, видимо, Рокси решила отложить расправу над обнаглевшим чистильщиком до возвращения этого нахала на борт. Ну и хорошо. Илья, убедившись, что трубки заработали, сделал два глубоких вздоха и неспешно двинулся вниз.

С накатывающим страхом глубины Илья научился справляться давно и сравнительно легко. Но у него было свое персональное проклятье, которое он никогда не обсуждал на форумах и в пустых разговорах, считая его чистой воды сумасшествием. Его звала глубина. С каждым новым метром все сильнее и сильнее накатывало желание выкрутить ручку газа до упора, резко наклонить байк носом вниз и рвануть туда, в черную бесконечность.

Первая цифра на экране опять сменилась, и Илья притормозил. Три тысячи – это его личный рубеж, за которым надо было себя контролировать особенно строго, чтобы случайно не воткнуться на полной скорости в океанское дно. С напарником ходить было проще, привычка следить за соседом у любого технодайвера появлялась почти сразу, но сейчас он был один, а значит, никто не заметит превышение скорости и неадекватные броски вниз.

– База, прием.

Умная система связи среагировала на ключевое слово и отправила вызов на лодку: если Рокси хватило ума вернуться на борт, то она ответит. Напарник не обязательно должен быть рядом.

– Слушаю.

Голос звучал приглушенно, сразу становилось понятно, что говорит лейтенант не в микрофон шлема.