Биография неизвестного

Мы с Альбиной вышли из стеклянных дверей офиса и направились в сторону троллейбусной остановки, когда боковым зрением я заметила пеструю точку на фоне объятого осенним сумраком пространства, и через несколько секунд передо мной вырос Глеб в не по сезону светлом пальто.

– Привет, – улыбаясь, сказал он.

Альбина остановилась следом за мной и заинтересованно обвела Глеба оценивающим взглядом.

– Ты следишь за мной? – монотонно спросила я.

Альбина, коснувшись моей руки, деликатно отошла в сторону, оставив нас наедине.

– Так невозможно, – сказал Глеб. – На выходных мне не удалось тебя поймать, и я решил сделать это в будни. Я предлагаю немного пройтись, чтобы больше узнать друг друга…

– Я не могу сейчас.

– А завтра?

– И завтра не могу.

– Что-то слишком занятая ты…

– Вот так.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Сотрудники офиса постепенно выходили из здания – многие сидели со мной в одном отделе и теперь с интересом поглядывали в нашу сторону.

– Извини, меня ждут, – бесстрастно сказала я и, не дожидаясь продолжения этой утомительной для меня беседы, развернулась на каблуках и направилась к Альбине.

– Кто это был? – спросила она, искоса глядя на меня.

– Какой-то сумасшедший друг Павлы, который вот уже две недели преследует меня.

– А он не так уж плох, – подтолкнула меня в плечо Альбина.

– Может быть, – неопределенно произнесла я. – Только он не тот, кто мне нужен.

– Знаешь, – сказала Альбина, – когда я встретила Егора, то тоже подумала, что он не тот, кто мне нужен.

Троллейбус медленно ехал по Садовому кольцу, которое красными, как у чудовища, глазами смотрело в черное московское небо. Я сидела у окна и в отражении пыльного стекла видела свое лицо и светлые волосы Альбины, которая что-то говорила мне. Стекло запотевало от моего дыхания – значит, на улице холодало.

Густой пар вырывался из приоткрытых губ, растворяясь среди миллиардов частиц атмосферы узких московских улочек.

ГЛАВА 13

Квартира, которую снимали Альбина и Егор, находилась в новом высотном доме и была довольно просторной и светлой. Комната и кухня были совмещены и разделялись только столешницей.