Биография неизвестного

– Не против, если я разуюсь? – вздохнула я, когда держать ноги в неестественно согнутом положении стало совсем невмоготу, и, не дожидаясь утвердительного ответа, который последовал почти сразу, стянула узкие туфли. Ноги приятно заныли, так что я вытянула стопы и пошевелила пальцами, после чего обмякла на сиденье.

– Так лучше? – усмехнувшись, спросил меня Глеб.

– Еще бы, – вскинула брови я.

– Неплохо, что завтра выходной, правда? – Глеб выглядел возбужденным и счастливым, будто несколько минут назад ему сообщили о чем-то очень хорошем.

– Выходной – это всегда неплохо, – откликнулась я. Мой язык едва шевелился, а глаза слипались, так что какой-либо диалог для меня был настоящим мученьем.

– Что будешь делать завтра?

– Наверное, отсыпаться, – натянула улыбку я, искоса взглянув на Глеба. Его отчаянные попытки завязать со мной разговор отчего-то раздражали меня. Наверное, потому, что он производил впечатление тихого и неразговорчивого человека, а эта его внезапная разговорчивость выглядела неестественно и навязчиво.

– Да, после сегодняшнего, наверное, всем не мешало бы хорошенько выспаться… – Худощавое лицо Глеба вновь исказилось в улыбке.

– Да уж, – еле слышно протянула я.

– А вы давно дружите с Павлой? – после короткого молчания спросил Глеб.

– Пять лет.

– Мой отец работает вместе с ее дядей, – в ответ на вымышленный встречный вопрос произнес Глеб. – А ты где работаешь? – вдруг спросил он, бросив на меня короткий счастливый взгляд.

Я глубоко и прерывисто вздохнула.

– Мне вот сюда, – сказала я, выпрямившись и указывая на поворот к своему дому. Я быстро натянула на ноги туфли. – Останови здесь, пожалуйста.

Седан остановился в темном переулке, освещенном одиноким бледным шаром фонаря. Поблагодарив Глеба за то, что он подвез меня, я вышла из автомобиля и захлопнула дверцу.

– Вера… – окликнул меня Глеб, когда я уже поспешно пересекла дорогу. Я остановилась, обернувшись к нему. Глеб вышел из машины и теперь, высокий, в темном костюме, стоял у блестевшей от влаги дверцы и смотрел на меня.

Несколько мгновений я стояла, глядя на Глеба, который показался мне смешным в этой позе решимости и отчаяния, после чего сдержанно улыбнулась, отрицательно покачала головой и, не сказав ни слова, направилась к своему подъезду.