Биография неизвестного

Держа в руках маленькое круглое зеркальце, она кокетливо подкрашивала свои тонкие губы и подрумянивала щеки. Лицо у нее было маленьким, аккуратным, а светлые волосы – длинными и блестящими. Альбина была необычайно женственна и привлекательна, и, несомненно, она знала об этом и пользовалась этим. При виде меня она всякий раз весело махала мне рукой, улыбаясь своей искренней и прелестной улыбкой.

Каждый день в офисе начинался одинаково: рабочие места постепенно заполнялись, включались компьютеры, загорались мониторы, постукивали чашки и то тут, то там слышалось шипение закипающих чайников и автоматов с кофе.

Он вошел в этот мир света и телефонных звонков так, будто уже сто, тысячу раз был здесь, – неторопливо, но смело. Не бросив лишнего взгляда, он неспешно прошел к одному из столов. В тот миг, когда взгляд мой упал на его лицо, меня вновь обволокла волна чувства, будто я знала его раньше. Он был словно едва уловимый аромат, который ты слышал где-то и теперь вновь встретил, и в дальних уголках памяти что-то зашевелилось, являя мысленному взору то когда-то потерянное, едва различимое, но такое определенное.

На мгновение я замерла у своего стола, наблюдая за тем, как молодой человек подошел к своему рабочему месту, отодвинул кресло и положил в него небольшую прямоугольную кожаную сумку. Не прошло и минуты, как к нему кто-то подошел. Он тут же увлекся разговором, с готовностью откликнувшись на обращенные к нему слова.

Дабы прояснить читателю всю ясность чувства, испытанного мной в те первые минуты нашего незнакомства, следует отметить, что чувство это ни в коем разе не носило любовного оттенка. Это не было влюбленностью, с трудом можно было назвать это симпатией. Это было именно чувство растерянности, смешанной с интересом, будто внезапно встретил человека, которого когда-то хорошо знал.

В тот момент я не могла предать анализу свои чувства и ощущения. Некоторое время я просто стояла у своего стола и смотрела на такой знакомый, почти родной профиль и не думала ни о чем.

Граница между любовью и страстью едва уловима, но необыкновенно значительна. Увидеть ее может только трезвый ум, каким никогда не бывает ум влюбленного.