Свод небес

Он обернулся к девушке, остановившейся в шаге от него, протянул ей руку, которую та не приняла, вновь посмотрел на Марфу и спросил: – Как давно ты здесь?

– Уже неделю, – ответила Марфа.

– Ты с кем-то?

– Нет, пока одна. Мой муж должен приехать на днях…

– Как это странно… – произнес Мелюхин, хмурясь. – Встретить тебя здесь… Познакомься, Таня, – вновь обратил он свой взор к жене. – Это моя сокурсница Марфа.

– Очень приятно, – улыбнулась Марфе девушка с тростью, при этом щеки на ее лице сделались похожими на наливные яблочки.

– Мне тоже, – откликнулась Марфа, отметив певучесть голоса девушки и чарующую неторопливость ее речи.

– Мы можем… вместе позавтракать, – вдруг предложил Мелюхин, поочередно глядя то на Марфу, то на свою жену.

– Если только в другой раз, – покачала головой Марфа, поднимаясь из-за стола. – Сейчас у меня назначена экскурсия.

– Хорошо, – с готовностью кивнул Мелюхин.

– Всего доброго, – улыбнулась Марфа жене Мелюхина и ему самому.

– Рад встречи, – бросил вслед Марфе Мелюхин, ожидая, что Марфа обернется.

Но Марфа не обернулась.

– Я не смогу приехать к тебе, – сказал Филипп, и слова его вызвали в душе Марфы конфликт глухого ликования и колкого, будто насмехающегося над чем-то разочарования.

Марфа позвонила мужу в неустановленный для этого послеобеденный час. По возвращении с экскурсии, во время которой Марфа пребывала в каком-то новом для себя расположении духа, граничившем с безмерным восторгом, который почему-то вызывал в ней чувство смущения, в Марфе появилось неукротимое желание позвонить Катричу, будто если вот сейчас она не позвонит ему, то случится что-то непоправимое и опасное.

И она позвонила ему, и Филипп был очень удивлен этому неожиданному звонку и в то же время очень рад ему. Но радость в его голосе скоро сменилась нотами тоски и грусти, как если бы Марфа сообщила ему о чем-то печальном, и этот тон голоса мужа расстроил Марфу только потому, что ее звонок не произвел на Катрича ожидаемого впечатления. А сообщение Филиппа о том, что он все-таки не сможет оставить дела и приехать к жене, и вовсе огорчило Марфу, вызвав частое, ритмичное сердцебиение в ее груди.

– Тогда я уеду отсюда, – ответила Марфа без энтузиазма.

– Нет, не нужно уезжать, – запротестовал Филипп. – Ведь тебе нравится там? Останься еще на неделю. Горный воздух тебе полезен.

Марфу странно обрадовало это заверение мужа, и она как будто с неохотой согласилась с ним.