Свод небес

Марфе казалось, что если бы Филипп приехал в пансионат, то вся бы ее жизнь точно изменилась и все сделалось бы так, как должно, и никогда бы не было возврата к тому снедающему одиночеству, в котором она прожила все двадцать семь лет своей жизни. Марфа желала видеть Филиппа, жаждала повторения тех упоительных минут, когда она почувствовала в себе всю полноту благосклонности к нему и увлеченности им. Но каждый раз Филипп говорил, что приехать пока никак не может, что тоже скучает по ней и, так же как и она, с нетерпением ждет встречи.

И всякий раз после разговора с Филиппом Марфа испытывала легкий трепет разочарования в своей груди, но в то же время она чувствовала надежду, которая вселяла в нее живительные силы для нового дня.

Так, на следующий после похода день, созвонившись с Филиппом, Марфа спустилась в ресторан к завтраку. В то утро Марфа чувствовала себя отдохнувшей и безмятежной. Предыдущий день внес в ее душу некоторое равновесие, и теперь она меньше раздумывала о несостоявшемся своем детстве, о лишенной родительской любви юности и о бесцельных днях, полных самобичевания.

Марфа заказала себе флэт-уайт и блинчики с маком. Сидя за столиком и глядя на далекие горы, между которыми она проезжала накануне на катере, и на те самые вершины, что с веранды казались облаками, Марфа больше не находила в них загадочности и таинственной непостижимости. Ей казалось, будто она узнала их, изучила их основания и постигла их вершины, и теперь они уже не привлекали ее взор так, как прежде, когда еще представлялись ей чем-то недосягаемым.

Марфа отвернулась от открывавшегося с веранды вида и обратила свой взор на посетителей ресторана. Вот за один из столиков, стоявших в зале ресторана, что просматривался в раскрытые двустворчатые двери, усаживался седобородый старик в светлом летнем костюме; в углу зала Марфа рассмотрела Савелия с сестрой; около входа в ресторан замялся грузный молодой мужчина – тот самый, который накануне смеялся над нерешительностью Савелия – в компании своей жены; вслед за ними в ресторан вошли рыжеволосые мать и дочь, чье появление сигнализировало об окончании завтрака Марфы.

Вот мать и дочь отошли от входа и направились в сторону веранды, и Марфа смогла рассмотреть вошедших за ними посетителей.