В дециметрах от рая

Предъявленный кусочек пластика давал разрешение на проезд туда, где продавались тетушкины баклажаны с кукурузой.

Сосед по креслам в самолете межконтинентального перелета – колоритный отпущенец в отпуск в яркой рубахе и панаме, толстый, потный и болтливый – попытался было поговорить с странным несколько угрюмым пассажиром, но, натолкнувшись на недоуменный взгляд холодных серых глаз, отстал и прицепился к толстой даме в соломенной шляпе, напоминавшей птичье гнездо.

В ответ на бесконечный поток фраз она угукала, как сова, на протяжении всего полета.

Так продолжалось до вечера без малейшего раздражения со стороны мужчины в костюме. Потом яркий болтун вместе с соседкой-«совой» задремал, а безучастные серые глаза все так и смотрели в одну точку за окном лайнера.

Мягчайшее касание взлетной полосы, ослепительная синева неба в иллюминаторе. И ворвавшийся в дверь воздух с ароматами цветов, пряностей, морского ветра. Раздалось пение и бумканье барабанов.

Разговорчивый отпускник увидел, что строгий костюм соседа был сменен на подобающие случаю бриджи, шлепки и рубашку с тропическим принтом, а канцелярское выражение лица было заменено на более приветливое, если такое вообще для него можно было найти.

У выхода из самолета они разминулись, получив на шеи по гирлянде цветов, и больше никогда-никогда не виделись.

Магазин по продаже баклажанов, похоже, открывался не скоро и мужчина с идеальной фигурой направился с чуть растолстевшим от вложенного костюма портфельчиком, завернутым в яркий мешок для поддержания общего имиджа, к маняще бирюзовым водам океана, шумевшего неподалеку.

Он выглядел как какой-нибудь чемпион по серфингу.

Белоснежный песок, горячими поцелуями приникающий к стопам, гребешки высоких волн, шелест нежных пальм, пронзительные крики чаек и аромат чего-то очень вкусного из уличного заведения с космическими ценами.

В ожидании мужчина уселся за столик и заказал шикарный многоярусный коктейль из соков местной природы со всеми немыслимыми украшениями.

Он неуязвимо для своей холодной сущности потягивал струю элитного алкоголя и любовался бушующим океаном, безучастно поглядывая вокруг.

Неподалеку от него сидел, похоже, такой же прожигатель жизни, побрякивая по столу фирменным брелком от дорогой машины и звеня об край стола толстой цепью с подвеской, вываливающейся из расстегнутой на волосатой груди рубашки.

Он был брюнетно-тропически красив и, вероятно, очень темпераментен.