Зеленый омут

Молодой человек решил не расспрашивать больше, чтобы не выглядеть совсем уж глупо. Но Луиджи как будто читал его мысли.

– Знаешь, в чем твоя беда? Гордый ты больно.

– Что ж, это плохо, по-твоему? – обиделся юноша.

– Вулкан гордости тлеет под пеплом бессилия и неудач, – ответил врач и засмеялся. – Тебе повезло, что ты учишься у меня. Не огорчайся так, я расскажу тебе, как исцеляли розенкрейцеры.

– Кто-кто?

– Потом объясню, – снисходительно похлопал его по плечу Луиджи. Он подошел к огромному дубу и очень уважительно погладил его шершавый, нагретый солнцем ствол.

 – Посмотри, какой красавец, настоящий Игградсиль.

– Что? – Манфред почувствовал себя маленьким несмышленышем.

– Игградсиль – это дуб древних кельтов [30 - Кельты – древние индоевропейские племена.]. Они считали, что дерево хранит силу богатыря. И если повредить дерево, то непобедимый воин станет беспомощным, словно младенец. Здорово придумано, а? Как ты считаешь?

Луиджи улыбался, и Манфред предпочел не отвечать. Учитель смеется над ним.

Ну, ничего, он еще пожалеет. Ученик не только впитает все знания своего учителя, но и станет намного искуснее его. Каким образом это произойдет, Манфред пока не знал. Но то, что он исполнит обещание, данное самому себе, сомневаться не приходилось. Наследник богатого и благородного рода был упрям во всем, что касалось его чести.

Врач удовлетворенно хмыкнул, ему пришелся по душе такой подход к делу. Похоже, мальчику полегчало. Он уже способен злиться и принимать ответственные решения.

Что ж, неплохо. Пожалуй, из него выйдет толк.

Луиджи недавно исполнилось двадцать восемь, но он казался сам себе таким старым, таким мудрым, таким равнодушным к перипетиям жизни и смерти, что ему иногда становилось страшно. Его возраст не исчислялся цифрами земных лет, поэтому все происходящее казалось ему такой бесполезной и ничего не значащей суетой, что…

– А мальчик, кажется, влюбился, – подумал Луиджи и прислушался к себе. Нет, вопреки ожиданию, ничто в нем не встрепенулось, не отозвалось приятным волнением, острой болью не резануло по сердцу, сладкой волной не затопило сознание.

Увы! Все то же спокойствие, все та же привычная, невыносимая скука. Скука… О, Господи, как же скучно жить на этой земле!

– Хороша жена Маттео Альбицци… – мечтательно сказал врач.

Молодой человек вздрогнул. Откуда Луиджи знает? Он дьявол! От него ничего невозможно скрыть. Даже то, что Манфред тщательно скрывал от самого себя, сразу становилось известным учителю.