Третий после смерти

 – Не может быть…

И жадно возвращался к тому, что увидел. Он с детства лелеял эту мечту, но не представлял себе, каким образом она могла бы осуществиться. В этом времени, в этой стране… Если бы он жил в шестнадцатом веке! Или в семнадцатом. Если бы он был лордом, графом… алхимиком или путешественником, тогда… Если бы он был везунчиком, как некоторые! Нет, ему каждый жизненный шаг давался с трудом, потом и кровью. Он все зарабатывал своим собственным горбом, света белого не видя. А другие ловили ветер удачи и плыли к волшебным островам.

Но разве божественное провидение не разделило шансы поровну между всеми? Разве у фортуны есть любимчики и изгои? Судя по его наблюдениям, есть. И всегда были. Он до сих пор относил себя к изгоям. Может быть, он ошибался?

Наконец-то и ему улыбнулась удача! Теперь уж он ее не отпустит, не даст вырваться из цепких рук и упорхнуть. Не дождетесь! Он единственный сумел разглядеть золотой проблеск под слоем многовековой пыли. Он додумался до того, что видели многие, но никто не понял.

Он – избранный!

И с того дня началась его охота. Он шел по следу, перебирая десятки, сотни вариантов и отбрасывая их один за другим. Он отчаивался и вновь возрождался для вдохновения. Без страсти и силы не происходит ничто великое! Он доберется до вершины, чего бы это ему не стоило. Он пойдет на любые жертвы и лишения, но не отступит. Он непобедим в своем стремлении к обладанию…

На этом его мысли обрывались. Миг обладания! Дальше – а дальше простиралась пустота.

Он пытался заглянуть в нее… но тщетно. Пустота пугала его, и он старался о ней не думать.

Его охота стала приносить первые плоды. Пусть пока незначительные. Главное – он на верном пути. Он взял след, который приведет его… к желанной цели! А там – будь, что будет. Если для этого придется пролить кровь, он ее прольет. Мало, что ли, крови проливали люди? Самые большие реки крови проливались за идею… Разве не глупо? Променять жизнь на сомнительные убеждения, бороться за чужие идеалы? Зачем?

Его охота становилась все увлекательнее.

Он преодолевал препятствие за препятствием, снимал слой за слоем… он почти расчистил себе дорогу. Он узнал многое, но не все. Последние шаги оказались самыми трудными. Он путался, шел по ложным следам, возвращался в исходную точку и начинал все с начала. Он был неутомим.

Его охота стала смыслом его жизни, заменила ему все, чем он дорожил раньше. Она стала его единственным светом в угрюмом лабиринте существования.