Почти готическое убийство

– Такое впечатление, что он вообще в отключке…

– Ты не допускаешь, что люди могут крепко спать? Или заниматься сексом, например?

– Слишком крепкий сон внушает опасения, – обронила Лариса, надевая светлый шерстяной кардиган поверх синего гольфа. – Поторапливайся!

Ренат со вздохом обулся и галантным жестом открыл перед ней дверь квартиры.

– До офиса два шага, через пару минут мы будем на месте.

Между ними существовала глубокая внутренняя связь, и волнение Ларисы передалось ему, чего он не хотел показывать.

– Не строй из себя супермена! – взмолилась она. – Неужели, ты не чувствуешь? С Земцовым что-то случилось! Мы ему не поверили, легкомысленно отнеслись к его словам… а он…

– Ты полагаешь, он мертв? – вырвалось у Рената.

Лариса молча спускалась по лестнице, он закрыл квартиру на все замки и догнал ее на нижних ступеньках.

– Пока мы развлекались в постели, человек остался беспомощным перед лицом своей судьбы…

– От судьбы не убежишь, – заключил Ренат, едва поспевая за Ларисой.

– Мне кажется, да.

– Надеешься на сандаловый дым? Или на особую ауру бывшего зала для медитаций? Дело не в этом, Лара…

– Хватит болтать, – прошептала она, замирая перед дверью с табличкой «Агентство информационных услуг». – Послушай, как тихо.

– А кому там шуметь?

Ренат достал ключи, и тут его что-то остановило.

– Открыто? – поразился он, поворачивая дверную ручку.

– Не чертыхайся.

– Здесь кто-то побывал. Погоди, я пойду первым.

Он открыл дверь, переступил порог и прислушался. Дыхание смерти коснулось его щеки.

Лариса нетерпеливо топталась сзади.

В коридоре было пусто, но явственно ощущалось чье-то присутствие. Кто-то в крайнем смятении затаился в самом дальнем углу офиса. «Хулиган? Грабитель?» – подумал Ренат.

– Ни то, ни другое, – прошептала Лариса, уловив его мысли.

– Звонить в полицию? – обернулся он. – Или сами разберемся?

– Сами.

– Надеюсь, он без оружия…

– Это вопрос, – дрожа от страха, возразила она. – Я ощущаю… наличие холодного оружия. Нож…

– Меч шотландских рыцарей! – съязвил Ренат, которому редко изменяло чувство юмора. – Они устроили турнир в зале для медитаций… вернее, в нашей приемной.

Когда он заглянул в приемную, улыбка сползла с его лица.