Бесчувственная

К ней было почти не подобраться, но я выбрал нужный момент, отправив вернувшегося после долгого задания друга – только ему я доверял, как самому себе, и только Рысь был способен вытащить девчонку, взломав некогда надёжную сеть в её любимом магазине, и никто не успел вмешаться.

Но неужели я и правда так облажался?

? Как вы это пропустили?! ? ворвавшись к своим парням после очной ставки с девицей, взбесился я. ? Она действительно не может ничего чувствовать?

? Даже у их личного врача нет этой информации, господин, ? не оправдываясь, а спокойно разъясняя мне сей прискорбный факт, произнесла моя самая надёжная осведомительница и помощница, немного умеряя мой гнев.

? Только чёткие рекомендации насчёт питания и частоты осмотров. Значит, либо они его совсем не посвящали, либо он дал клятву.

? Скорее, второе, ? задумчиво произнёс Рысь, с ленивой усмешкой рассматривая моё наверняка забавное выражение лица, когда я забрал бумаги, тут же отмечая, как часто моей гостье надо есть, пить и быть под наблюдением специалистов.

? Но что ты в таком случае будешь делать? Не отпустишь же?

? Ещё не придумал, но это не означает, что я всё брошу.

В конце концов, раз она настолько хрупкий цветочек, это мне лишь на руку, и кое-кто будет землю рыть носом, чтобы её вернуть.

? А отдай её мне, ? едва не облизнулся он, блеснув кошачьими глазами. ? Когда я почувствовал её запах, мне чуть крышу не снесло… Едва не запорол весь план.

Да, девчонка пахла чем-то нереальным. Ещё когда столкнулся с ней перед самым похищением, едва заставил себя как можно скорее уйти, но стоило войти в комнату, ноздри затрепетали, а лёгкие наполнились фруктовым ароматом совсем не приторной сладости, и на мгновение захотелось задержать дыхание.

Сама дочурка Мариуса тоже оказалась весьма интригующей, и мне не терпелось узнать, на что готов будет пойти этот ублюдок, чтобы снова увидеть её живой и невредимой.

? Ты ещё успеешь с ней поиграть, ? пообещал ему, отмечая, как остальные сделали стойку. ? Даже не думайте – для вас она неприкосновенна!

От мысли, что хоть один из них коснётся этой ядовитой дряни, внутренности сводило от неясного чувства, вновь возвращая меня в момент, когда я только увидел её, а потом задумал всё это.

Разве я тогда мог знать, что сбежавшая от охраны и гуляющая босиком по осеннему побережью незнакомка может быть дочерью того, кого я так давно мечтаю увидеть корчащимся в муках?

Видеть её вновь уже моей беспомощной пленницей, оказалось в разы слаще.