Копи царицы Савской

Он объяснил, что обязан доставить письмо лично в руки адресату.

– Какому адресату?

– По-видимому, тебе или твоей жене. Посыльный назвал номер вашей квартиры и фамилию. Консьержка позвонила Глории, та была дома… В общем, он отнес письмо.

– Какое письмо?

– Не знаю, – развел руками Колбин. – Посыльный его не показывал. Через некоторое время он спустился и вышел. Потом консьержка сделала себе травяной чай. У нее больные почки, и она…

– Дальше что было? – перебил Зебрович. – Она видела Глорию?

– Да.

Примерно через час твоя жена спустилась в холл, чем-то озабоченная… прошла мимо консьержки, даже не взглянув на нее… и все. Больше не возвращалась.

– И все?

Колбин взял со стола салфетку и промокнул лицо. Он потел, когда нервничал.

– Консьержка едва узнала Глорию. Та повязала на голову платок и надела темные очки. В принципе, ничего особенного… вчера было солнечно. И прохладно, – добавил он, поразмыслив.

– А платок? – Зебрович сдвинул брови. – Глория не носит платков! То есть… я не помню, когда она надевала бы платок.

– Ну… а вчера надела. В нынешних обстоятельствах каждая деталь имеет значение.

Бизнесмен сидел, уставившись в одну точку, и напряженно размышлял.

– Ты хочешь сказать… что она постаралась изменить внешность?

– Зачем-то твоя жена надела платок?

Пауза затянулась. Колбин ждал ответа, Зебрович молчал. Он понятия не имел, куда отправилась Глория вчерашним утром. Ясно одно – она вышла из дому добровольно.

Никто ее к этому не принуждал.

– Ее выманили! – выпалил он. – Они заранее все просчитали. У них был план.

– Полагаю, да.

– Но Глория не говорила мне ни о каком письме! – спохватился Анатолий. – Я рано выехал… был в офисе, подписывал бумаги! Почему она мне не позвонила?

– Видимо, в письме ничего экстренного не оказалось. Оно не обязательно связано с ее исчезновением. После того – не значит вследствие того.

Эта тривиальная фраза взбесила Зебровича.

– Давай обыскивать квартиру! – заявил он.

 – Если письмо не имеет отношения к случившемуся, оно должно где-нибудь валяться. На полке в прихожей… или в мусорной корзине…

Они с Колбиным перевернули все вверх дном, однако никакого письма не нашли.

Глава 4

В детстве, едва Глория начала осознавать свои сны, у нее появилась вторая жизнь. Смутная и странная, которая проходила в каком-то тумане, обрывках разговоров, мелькании световых пятен и сумеречных теней.