Дьявольский поезд

Антонио чувствовал себя полным ничтожеством.

– Двое русских туристов не зря поселились именно в вашем отеле, – добавил куратор. – Я дам тебе шанс исправить положение.

Антонио ухватился за его слова, как утопающий за соломинку. Он рухнул на колени и расплакался…

* * *

Ольга ждала Ларису на том же месте, где они встретились в прошлый раз. На площади перед храмом Помпеи бродили туристы. Солнце садилось. Нагретые за день камни мостовой дышали жаром. Служанка выглядела испуганной, ее глаза припухли от слез.

– Как вы догадались, что я здесь?

– Я не искала вас, – солгала Лариса. На самом деле она знала, куда женщина придет просить заступничества. К Богу. Католический Иисус мог услышать ее молитву так же, как и православный.

Голову Ольги прикрывала траурная шляпка. На шее блестели бусы из черных камней.

– Я думала меня арестуют, но этого не случилось…

– Вас отпустили?

– Мне запретили выезжать из города. У них недостаточно улик. К тому же они нашли чужие следы под окном первого этажа и на подоконнике… Кто-то залез в дом ночью.

Об этом пишут в газетах. Вы же не думаете, что это я убила хозяев?

– Конечно нет, – ободряюще улыбнулась Лариса. – Вы ни при чем. Вас просто подставили.

Ольга залилась слезами и полезла в сумочку за носовым платком.

– Я любила их обоих… адвоката и его жену. Они хорошо платили и не донимали меня придирками… Теперь меня выставят на улицу, и мне придется искать работу. Кто возьмет в дом прислугу с дурной репутацией?.. В Мессине слухи разлетаются мгновенно…

Почему она делилась болью с едва знакомой женщиной, служанка не понимала.

«Случайные» встречи у церкви казались ей знаком Божьим. В полиции она не упоминала о гостях из России, которые приходили повидаться с сеньорой Бьянкой. Это усугубило бы ее положение и укрепило подозрения в сообщничестве. К тому же посетители могли показать, что во время их визита Ольга отлучалась. Она готовила угощение, поднималась наверх к спальне хозяйки и в принципе имела возможность и время для убийства.

– За мной наверняка следят…

– Вряд ли, – покачала головой Лариса. Она чувствовала, что за ними наблюдают, но не хотела еще больше пугать собеседницу. Та замкнется, уйдет и ничего не расскажет.

Наблюдатель прохаживался с фотоаппаратом и щелкал виды, открывающиеся с холма Оливето. Залив вспыхивал багровыми отблесками, по горизонту лежали розовые облака. Городские крыши рассыпались по склону, утопающему в зелени. Красота этого пейзажа была тревожной, напряженной.