Джоконда и паяц

Художник не всегда пишет сердцем и кровью, иначе он бы быстро выдохся.

– Кровью? – насторожился Лавров.

– Это иносказательное выражение.

Роману надоело слушать байки товарища, и он спросил:

– У тебя есть ключи от мастерской Артынова?

– Откуда? Раньше мы запирали только входную дверь, общую. Теперь Семе есть что скрывать, и он поставил себе замок. Я решил ответить тем же.

Лавров вышел в «холл» и присел на корточки у двери Артынова, изучая замок. В принципе ничего сложного.

– Подожди минуту, – сказал он Рафику.

 – Я за отмычками сбегаю. Они в машине…

Черный Лог

На обед Санта приготовил кролика в сметане и ждал от хозяйки заслуженной похвалы. Это блюдо особенно ему удавалось. Но Глория ела без аппетита, и великан встревожился. Здорова ли?

– Невкусно? – спросил он.

– Очень вкусно…

Взгляд хозяйки блуждал где-то далеко от обеденного стола, как и ее душа. Визит Федотовны и «лунные камешки» выбили Глорию из колеи.

– Вижу, Дуська Майданова вас расстроила, – проницательно заявил Санта.

 – Вы не сомневайтесь, Глория Артуровна, «камешки» свое дело знают. За кого Дуська просила?

– За сына.

Благодаря теплым чувствам к соседке Марусе слуга был в курсе всех здешних новостей. Жителей в Черном Логе осталось наперечет, – пара-тройка молодых семей, старики да одинокие бабы, дети которых разъехались кто куда в поисках лучшей жизни. Каждый гость – событие. Поэтому про сына Федотовны судачили все, кому не лень.

– К ней правда сын прикатил, Пашка, буян и алкоголик.

Денег заработал, теперь спускает. Вот Дуська и прибежала. Как только не побоялась?

Глорию тянуло спросить, бросит ли мужик пить после процедуры с горошиной, но она сдержалась. Негоже выказывать перед Сантой свое неведение. Она поставила вопрос по-другому.

– А что, Агафон исцелял людей от алкоголизма?

– Еще бы, – приосанился великан. – Хозяин исключительно редко брался за алкашей. Но лично меня с того света вытащил. Главное, чтобы пьянчужка сам захотел от водки отказаться.

«Я допустила ошибку, – испугалась Глория.

 – Ко мне ведь не Пашка явился, а его мать. Ему-то водка не враг, а друг. По крайней мере, он так считает. Имею ли я право навязывать человеку свою волю?»

– Не обольщайся, моя царица, – захихикал карлик, который сидел с противоположной стороны стола и наслаждался ароматом тушеного кролика. – Ты тут ни при чем.

– Как же «лунные камешки»? – удивилась она.

– Так же, как и все прочее!

Агафон часто говорил загадками.