Черная жемчужина императора

В Москве я нашла квартиру на Неглинной улице по адресу, указанному в записке, познакомилась со Стефанией. Экономкой, домработницей, хранительницей жилья… называйте как угодно. Ее фамилия Красновская, она встретила меня необыкновенно радушно, – без ее помощи я вряд ли смогла бы столь быстро и успешно освоиться в этом городе. Стефи не задавала никаких вопросов и только учила меня самым элементарным вещам, как несмышленого ребенка. Через пару месяцев, когда я мало-помалу начала привыкать к цивилизованному существованию, она заговорила о том, что следует оформить дарение квартиры.

Якобы это жилье приобрел на ее имя господин Селезнев, с одним условием: если он сам или его дочь Лика переедут в Москву, то право собственности должно перейти к кому-то из них. Аркадий Николаевич заплатил ей большую сумму за эту услугу и еще открыл счет в банке, на предъявителя. Хотите спросить, сколько там денег?

– Нескромно, но хочу, – признался Смирнов.

Лика наклонилась и прошептала цифру. У сыщика округлились глаза.

Судя по всему, мадмуазель Ермолаева очень даже платежеспособная клиентка. Можно смело брать предложенный аванс, – без гроша за душой она не останется.

– Да ваш отчим просто новоявленный граф Монте-Кристо! – воскликнул он. – Баснословные доходы нынче приносит таежный промысел. Похоже, Аркадий Николаевич охотился не на соболя, а на золотишко. Или напал в дремучих лесах на алмазную жилу, – не иначе! Либо ограбил банк. Потому и скрывался «вдали от шума городского».

– Тише, – испуганно оглянулась Лика.

 – Вы читаете мои мысли.

– Если не секрет, когда он обзавелся квартирой на Неглинной?

– Через год после нашего переезда в Ушум. Тем летом он пропадал в тайге больше трех недель. Я уже начала волноваться, но он вернулся. Кажется, говорил, что подвернул ногу и отлеживался в охотничьей избушке. Таких в тайге много, на непредвиденный случай. Тогда у меня не возникло сомнений, а сейчас… я больше не желаю оставаться в неведении. Я хочу знать, что вокруг меня творится!

Лика замолчала, нервно поправила волосы, вздохнула.

– Это все?

– Нет, – с усилием ответила она. – Возможно, мое беспокойство улеглось бы тут, вдали от хутора, от Ушума, от моего прошлого… если бы не одно происшествие. Стефания! Она так добра ко мне, так заботлива, что я не хочу потерять еще и ее. Только не принимайте меня за капризную девицу, которая от скуки плетет вздор! – Лика природно-изящным жестом приложила руки к груди и умоляюще посмотрела на Смирнова.