Бессердечный

Как я должен это объяснить?

Я пожал плечами, пробегаясь по документам – в последнее время дел было много в связи с тем, что Высшие открылись миру, и не всем это, разумеется, пришлось по нраву. Однако дела есть дела, и отношения с магами нужно было как-то налаживать, а что как не удачная торговля способна этому поспособствовать?

Пока я думал над тем, какими драгоценными магическими породами стоит пожертвовать в угоду дипломатии, послышался тяжкий вдох, и я вновь поднял взгляд на Рэна, глядящего на меня, как на смертельно больного.

? Я только прошу тебя, не ломай её. Ты сам недавно дал мне ценный совет, и если бы я им не воспользовался, с Наей бы натворил ошибок…

Верно. Не так давно я посоветовал ему не запирать свою Истинную в клетке, ведь сам я совершил подобную ошибку с собственной супругой.

? А кто тебе сказал, что я имею отношение к похищению девушки? В конце концов, её отец – Верховный судья, насколько я слышал. Врагов у него явно много, ? нехорошо ухмыльнулся я. ? Кто знает – вдруг они сюда за ней пробрались?

Он наградил меня ещё одним долгим взглядом, и, осознавая, что успеха не добьётся, уронил:

? Я не смогу долго удерживать Наяру от глупостей. Она потребует выдать Ами, а может и весь дворец разрушить.

Не дожидаясь, пока я отвечу, Рэн меня покинул, а сразу после в кабинете появился Зейд. Его лицо выражало беспокойство, и я вопросительно на него уставился, представляя, что там за катастрофа успела случиться в моё отсутствие.

? Мой император, возникли некоторые трудности с вашей… с госпожой Ами, ? сказал он.

? Ну конечно, возникли, ? усмехнулся я, уже предвкушая, как накажу её за то, что она наверняка устроила. ? Что она сделала?

? Подралась с Вашей лай’рэ.

А вот теперь мне было совсем не весело.

? А какого демона в её покоях забыла Шеарин?

? Не знаю, но брат едва их разнял, ? отозвался оборотень, и в моей груди свои кольца опять развернула ревность-змея.

? Идём.

Когда мы добрались до нужного крыла, я не думал, что так впечатлюсь зрелищем, но видеть, как Шейнар заботливо стирает кровь со лба моей добычи, ласково глядя ей в глаза, оказалось достаточным, чтобы прийти в бешенство.