Юнга с «Чектурана»

Росси при виде этой картинки только ухмыльнулся и кивнул в сторону мальчишки.

– Отведу его пока в игротеку.

Амега сверил время по комму и дал добро:

– Полчаса.

Джекканти пребывал точно во сне и никак не мог проснуться. Всего лишь час назад он спокойно спал в своей кровати и был только воспитанником приюта святой Терезы. И вдруг он уже вместе с Амега и ещё какими-то улыбчивыми парнями – совершенно свободно ходит по залитым ослепительным светом залам гипермаркета «Пирамида» как совершенно обычный мальчишка! Никакого тебе расписания и «Дети, держитесь за руки!», иди, куда хочешь, смотри, что хочешь! И теперь так будет всегда, потому что он больше – не сирота, и у него настоящий папа!

Сколько раз он представлял встречу с отцом – в десятках вариантов, придумывал нужные слова, представлял, как познакомит отца с Питсом, с воспитателями, покажет ему свой каталог наклеек и фотографию – да, фотография Амега тоже осталась в приюте…

А как же Питс? Джек от неожиданности даже остановился.

Но кто же мог подумать, что Амега приедет прямо посреди ночи и заберет Джека – просто заберет и все! Такого на памяти Джекканти ни с кем никогда не случалось.

И что подумает Питс, когда проснется утром и увидит, что соседняя кровать пуста? Джек даже почувствовал себя предателем, но ведь он и подумать не мог, когда покидал спальню, что покидает ее раз и навсегда. «Я отправлю в приют видеосообщение для Питса и все объясню…» – утешил он сам себя.

– Ты уже бывал в игротеке? – тот, кого отец назвал Ангелом, с любопытством обернулся к Джекканти.

– Да, нас сюда водили иногда. Только редко…

«А ещё я ходил сюда с Уилкерсами», – вспомнил Джек, но вслух не сказал.

А ещё он подумал, что Ангелу совершенно не идёт его прозвище. Ангел – это ведь что-то рождественское, девчачье, из сказок для малышей, но уж точно не про широкоплечего парня, похожего на Серебряного Барса из сериала про Капитана-Солнце.

– А как тебя… то есть вас… по-настоящему зовут?

– Называй меня Росси и на «ты», не запутаешься, – Росси усмехнулся, и Джеку почему-то сразу стало легко.