Улыбка незнакомца

 – Уверена, это безумно дорого. Я чувствовала бы себя гораздо комфортней в обычной бюджетной больнице… – Куда клонила Одинцова, мне крайне не понравилось, и я ее оборвал:

– Что за бунт? Во-первых, обращайся ко мне на «ты». Стадию «вы» мы давно пережили. Во-вторых, насколько я знаю, близких у тебя нет. Помочь, соответственно, некому. В-третьих, ты моя… – Я запнулся, подбирая верное определение, но прежде чем на ум пришло слово «сотрудница», она продолжила за меня:

– Невеста.

– Кто? – вырвалось у меня, и голос был слишком громким.

– Девушка, – испуганно поправила себя Одинцова и сразу перефразировала: – Подруга. Я что-то не то ляпнула? Медсестра сказала, у нас отношения.

Вот дела! Не знаю, чем уж Вероника руководствовалась и где были ее мозги, но она только что вручила мне главный козырь. Невеста, значит. Отношения у нас. Бинго, дорогая. Попалась. Сложно от жениха избавиться.

– Отпусти… те, пожалуйста, руку, – робко проронила она. Пока я обдумывал новую расстановку сил, Ника сообразила, что просчиталась, и дошла до паники.

Глава 2

Вероника

Как же стыдно! Хоть под койку ныряй. Медсестра сделала ошибочный вывод, а я его зачем-то повторила. Ярослав тоже хорош – только сейчас руку мне вернул, и то после того, как попросила. Зачем, спрашивается, брал ее и так долго держал? У меня после таких манипуляций и сомнений не осталось, что мы пара.

– Если ты мне не жених, тогда кто? – озвучила я закономерный вопрос.

Он не спешил, словно ответ обдумывал, а паузу заполнил обворожительной улыбкой. Интересно, это у меня из-за травмы голова кружится или мощное мужское обаяние так действует?

– Ника, ты меня неверно поняла. Роман между нами есть, но вот до статуса жениха я пока не дорос. Это скорее предсвадебное название, а нам о походе в ЗАГС думать еще рано. Встречаемся всего ничего.

Мир опять перевернулся с ног на голову: пять минут назад у меня был жених, потом его не стало, сейчас жениха как такового нет, зато есть недолгий роман. Должна признать, Ярослав мне симпатичен, и пока посреди текущих неприятностей он – единственное светлое пятно.

– Ярослав Павлович, я все понимаю, и мне очень жаль, но на сегодня достаточно, – сказал главврач, входя в палату и постукивая пальцем по наручным часам. – Веронике нужен покой и сон.