Агент угрозыска

Карагач развязал холщовый мешок, который достал из чемодана и заглянул внутрь.

– Богатый улов, – оценил он. – Я всегда знал, что москвичи неплохо живут.

– Что там? – спросил Коля.

– То, что среди моих старых знакомых именуется рыжевьем, а в протоколе будет записано как ювелирные изделия.

Коля снял со стола чемодан и расстелил газету:

– Давай сюда.

Карагач высыпал на бумагу содержимое мешка. Ворох часов, браслетов, колец всевозможных сортов и размеров. Коля пробежал глазами по списку:

– Давайте теперь наоборот.

– Есть такие. – Костанжогло отложил в сторону золотые карманные часы.

– Перстень с рубином квадратный.

– Имеется. – Костанжогло выудил из кучи перстень.

– Кулон с аметистом, – продолжил Коля.

– Вот он, – Григорий достал кулон и повертел в руках. – Бразильский аметист. – Он покосился на Семена, который стоял и, не мигая, смотрел на россыпь драгоценностей. – Чего застрял?

– Задумался, – очнулся Карагач.

– Браслет с двумя изумрудами, – продолжил читать список Коля.

– Вот он. – Карагач отложил в сторону браслет. – Я выйду на минуту. Чего-то живот прихватило. Где тут у вас удобства?

– До конца коридора и направо, – подсказал Костанжогло, и Карагач вышел.

– Кольцо золотое с надписью внутри «любовь навеки», – продолжил Коля.

– На месте любовь, – нашел Костанжогло.

– Перстень с сапфирами и изумрудами в виде бабочки, – прочитал Коля в списке конфискованных вещей и посмотрел в свой блокнот.

Костанжогло задумался:

– Слушай, Коля, а не загадочной ли женщины Виктории Лернер это колечко?

– Той, что сбежала до приезда милиции?

– Да, ее. – Костанжогло разгреб руками кучу. – Что-то его тут нет.

– Как нет? – встревожился Коля. – Когда Семен мешок опрокинул, я ту бабочку своими глазами видел.

Переглянувшись, Коля и Григорий одновременно уставились на дверь, в которую минуту назад вышел Семен Карагач.

ГЛАВА 8

Пивная «Встреча» на Петровке была местом бойким. Хотя грубо сколоченные деревянные столы и такие же стулья были слишком просты для взыскательной публики, но пол был посыпан опилками, которые радушно принимали в себя литры пролитого липкого пива, после чего сметались и заменялись свежими.

Мутный свет выхватывал из темноты тусклые лица.