Черная дама Несвижа

Отхлебнув из бокала глоток, Лаймон, омерзительно щелкая клыками, вдруг объявил, что является незаконно рожденным сыном, сидящей рядом с ним девушки. Бойфренд мгновенно впал в ступор и растерянно пролепетал:

– Это же сколько ей лет было, когда она тебя на свет произвела?

Недолго думая, вампир брякнул:

– Двенадцать!

– А сколько же тебе лет? – продолжил допрос немного осмелевший поклонник.

– В прошлую субботу разменял полтора века, – с гордостью объявил вампир.

Подобного издевательства Агафья выдержать не смогла, хотя изо всех сил старалась вести себя спокойно.

Пока молодой человек пытался понять, что означают слова наглеца, она резко вскочила с места и двумя пальцами вцепилась вампиру в ухо. На беду, в этот момент, что обычно происходило в минуты сильного раздражения, ее ногти сами собой превратились в звериные когти, чем привели поклонника куда в больший ужас, чем клыки Лаймона. Он попросил официанта немедленно принести счет и навсегда исчез из ее жизни.

Агафья готова была убить мерзавца, который радостно посмеивался:

– Надо же, честным оказался! Знал, не стал бы устраивать такую проверочку!

Стоит ли говорить, что больше всех, узнав об этой истории, возмущалась матушка, без устали повторявшая:

– Негодяй!

Что, по крупному счету, соответствовало действительности.

Тут следует отметить такой важный факт: матушка была удивительным человеком. Официально особыми магическими талантами родительница не обладала. Однако Агафья прекрасно знала: при случае может без проблем попадать в зазеркалье, что простым людям не позволялось.

Более того, ей разрешалось присутствовать на заседаниях Совет Посвященных и даже высказывать свои предложения.

Но, как ни странно, жизнь Иного мира, который посещала довольно неохотно и крайне редко, ее мало интересовала. Мать постоянно твердила: после этих визитов чувствует себя разбитой и удивляется правителю Тха, который всегда спокоен и выдержан. Неожиданно для себя, видимо, еще не отошла до конца от неприятного разговора, Агафья вдруг впервые призналась себе: порой и сама устает от общения «по ту сторону», особенно, когда приходится выступать в качестве третейского судьи во время ссор чеберейчика Аланчика и вампира Лаймона.

Недавно, когда они опять отчаянно ругались, толстенький Аланчик, подпрыгивал на месте и рассерженно клацал зубами, желая укусить оппонента. Его маленькие черненькие глазки и превратились в узкие щелочки и утонули в румяных щечках.