Сиротка для дракона. Бои без правил

– Лианор, кажется, и так решила, что я не на ее стороне, – вздохнула Оливия.

– Она разумная девушка, и рано или поздно все поняла бы, – успокоила ее мать. – Продолжай.

– Еще они пытались осмотреть сумку, – Оливия встряхнула ридикюль. – Но я не позволила лезть в мои вещи. Однако, когда они ушли, я заглянула туда и обнаружила вот это. – Она вытащила из сумочки маленький сверток пергаментной бумаги с чем-то белым внутри.

– Можно? – Кассия протянула руку, глядя не на дочь, а на мужа. Тот задумчиво кивнул. Кассия капнула на ладонь воды из чайника, бросила несколько крупинок порошка, растерла в руках.

– Мышьяк. Ты ведь убедилась в этом, правда, прежде чем бежать к отцу за помощью?

Оливия кивнула.

Не хочет же она сказать, будто Лианор подбросила яд и в ее вещи, чтобы потом попытаться обвинить соседку? Родерик едва сдержался, чтобы не спросить об этом вслух.

– Получается, ты утаила вещественные доказательства, – сказал граф.

– Получается так. С этим ридикюлем Лианор вчера была на балу, я дала ей его на вечер.

– Ты упоминала парадный мундир, – нахмурился Лерой. – Дамские сумочки не носят с парадными мундирами.

Оливия кивнула.

– Она надела парадный мундир и накинула поверх него иллюзию бального платья. Артефакт.

– Такой артефакт должен стоить хороших денег. Откуда они у простолюдинки?

– Я подарил ей этот артефакт, – сказал Родерик, мысленно ежась под взглядом хозяйки дома.

– Это слишком дорогой подарок, Родерик, – медленно сказала Кассия.

«Пусть не лезет! Нори наша!»

«Кассия беспокоится о ней.

– Я сделал его сам, поэтому разговор о цене неуместен.

Но взгляд Кассии не стал мягче, и Родерик понял, что молчать она действительно не станет. Скажет все, что думает, и Нори, если та придет за советом, и ему самому, не спрашивая, нужно ли ему ее мнение, ведь он не воспитанник, а практически член семьи. Но все же этикет позволял принимать подарки, сделанные собственными руками, и Родерик цеплялся за это, точно за спасительную соломинку.

Ему так приятны были искренняя радость Нори, ее восхищение, что он совершенно потерял чувство меры, одаривая ее. Нет, Родерик по-прежнему не считал, будто делает что-то выдающееся, или будто его подарки к чему-то обяжут девушку. Только люди, узнав о них, сделают свои выводы, которые лягут пятном на ее репутацию.