Проблема для некроманта – 2

 – Орудие убийства подплыло к мертвой. Та взяла ножницы так, словно руки у нее до сих пор были связаны, воткнула в шею в точности так же, как это сделала живая. Я невольно вздрогнула – вот вроде бы и знала, что второй раз фонтана крови не будет, а все равно бессознательно ждала его.

– Почему ты это сделала?

– Так надо было.

Инквизитор моргнул. Переформулировал:

– Зачем ты убила себя?

– Так надо было, – повторила мертвая с тем же выражением, ну точно заезженная пластинка.

– Кому надо было?

– Мне.

– Для чего надо? – продолжал инквизитор.

Да уж, тут для квалифицированного психолога работы не на один сеанс – выяснить, почему человек вдруг решил себя убить. А Клаус на квалифицированного психолога не тянул никак. Да может ли покойник вообще ответить на подобный вопрос? Если у мертвеца нет души, нет желаний, кроме ненасытной ненависти к тем, кто живет и дышит, которую сейчас блокирует охранная схема, может ли он понять и сформулировать, что двигало тем, кто был в этом теле?

– Чтобы умереть быстро.

Дознаватель кивнул, точно подтверждая ее слова. Я хотела было спросить у Винсента, неужели для обвиненных в убийстве здесь принята мучительная казнь, но поймала на себе заинтересованный взгляд Освальда и промолчала. Правильно сделала, в следующий миг сообразила сама.

Почти всю историю человечества преступников пытали – либо чтобы вырвать признание, либо чтобы подтвердить его. И за умышленное убийство всегда полагалась смертная казнь. То есть, конечно, если дворянин прибьет холопа, ничего ему за это не будет.

– Я услышал все, что хотел, – заявил инквизитор. – Прошу вас, коллега. С покушением на профессорскую жену, если оно вообще было, разбирайтесь сами, дела университета – забота университета.

– Я собирался чуть позже расспросить профессора и его супругу о взрыве в здании факультета, – сказал Освальд.

– Вчера мне недвусмысленно заявили, что это не мое дело. – Инквизитор коротко поклонился. – Дослушаю допрос трупа, и удалюсь. Я предпочитаю проводить ночи в своей постели, но из-за нее. – Он ткнул пальцем в меня, как до того – в служанку, – мне это не удавалось двое суток подряд.

– Как вам будет угодно. – Дознаватель повернулся к мертвой.