Отбор для дракона

С другой стороны, куда бы я его девала, когда император все-таки появился бы?

– Через четверть часа его императорское величество будет здесь! – возгласил распорядитель.

Одна из девушек, обрадовавшись, отлепилась от стены.

– На место! – рявкнул граф Боул.

Девушка подпрыгнула.

– Но четверть часа… – пролепетала она.

– Вам, дамы, и часа не хватит, чтобы восстановить нарушенный порядок, – отрезал распорядитель. – Вернитесь на место.

Девушка слева от меня – та самая, что спрашивала, будем ли мы ужинать с императором каждый вечер, – тихонько застонала.

Я посмотрела на ее фарфорово-бледное, без намека на румянец лицо, бисеринки пота на лбу.

– Вам нехорошо?

– Нет-нет, все в порядке. Просто ноги онемели. Слишком узкие туфли…

Да уж, дамские туфельки не предназначены для того, чтобы в них долго стояли или сидели. Я украдкой бросила взгляд на ноги соседки. Узкий носок, высокий каблук – пыточные колодки, а не обувь. Мои туфли, к счастью, были как следует разношены, даром что сбитые носки и растрескавшуюся кожу пришлось прятать под иллюзию.

Некоторое время мы простояли, переминаясь с ноги на ногу. Коридор наполнился гулом голосов, благо говорить нам не запрещали. Обе мои соседки, впрочем, не проявили особой разговорчивости, и я только обрадовалась этому, погрузившись в собственные мысли, из которых меня вырвал звук шагов и раскрывающаяся дверь.

– Идут! – прошептала девушка, что жаловалась на туфли. Выпрямилась. И начала заваливаться набок.

Это не было притворством.

Мертвенная бледность лица, пот над губой и на лбу, ледяные пальцы, когда она схватила меня за руку, пытаясь устоять на ногах, – все говорило о том, что обморок настоящий.

Меж тем император уже шествовал по коридору, а следом за ним шли еще люди, сейчас в моих глазах слившиеся в сплошную человеческую массу. Время словно застыло. Вот медленно-медленно начали склоняться в реверансе девушки, к которым он приблизился, – самые рослые. И так же медленно оседала моя соседка.

Время на краткий миг вернуло нормальный ход, а потом понеслось как бешеный заяц.

Отодвинулась, брезгливо скривившись, девушка, что оказалась по левую руку от моей соседки, склонилась, приветствуя императора, точно, кроме него, вокруг никого и не было.

Наверное, мне следовало бы поступить так же – чуть отодвинуться и не нарушать приличия. В конце концов, не я затянула свою соседку слева в такой узкий корсет, не позволяющий дышать. И на каблуки ее взгромоздила не я.