(Не) сокровище капитана

Если бы он кричал, топал ногами, грозился убить – я испугалась бы меньше.

Собака лает – не кусает, мало разве мне довелось видеть отцовских гневных вспышек? Вот только Блад не кричал и не злился, просто смотрел и улыбался, и под этим взглядом, и от этой улыбки у меня кровь замерзла в жилах. Он больно сжал волосы у меня на затылке, заставляя приподнять лицо.

– Так, говоришь, ты ему дорога?

Моя рука сама собой скользнула в карман, куда я успела сунуть нож для разрезания страниц, прихваченный из дома.

– Что, собираешься отыграться на женщине, не сумев одолеть мужчину? – Мои пальцы стиснули костяную рукоять.

Помогло, они хоть дрожать перестали.

– Спасибо за идею, – все так же негромко и жутко произнес он. – Как думаешь, если с тобой что-то случится, твоему Джеку хоть на миг станет так же горько, как было мне после вести о смерти матушки? Она умерла от разрыва сердца, не вынеся вести о моем приговоре.

Я сжала рукоять из слоновой кости. Нет уж, забавой для него и его людей я не стану! Последний выход есть всегда, хватило бы решимости.

– Что ты со мной сделаешь? – пролепетала я.

Он улыбнулся, холодно и жутко:

– Именно об этом я сейчас и думаю.

Дожидаться, пока он что-то решит, я не стала: нервы не выдержали. Коснулась его бока рукой, в которую он вцепился, – как удачно, что он скинул одежду и под моей ладонью оказалась кожа, – и, призвав магию, представила нервы, проходящие в бороздах по нижним краям ребер, послала в них импульс.

Блад вскрикнул, отшатнулся, неловко перекосившись, словно бок свело спазмом. А я, отскочив, ткнула его ножом слева от грудины.

Попыталась ткнуть. Даже скривившись от боли, он среагировал – отступил в сторону и назад, так что кончик лезвия лишь прочертил алую полосу на коже. Я метнулась к окну, поняв, что выбора у меня не осталось вообще – за попытку его убить пират по головке не погладит.

Он снова оказался быстрее меня – поймал за плечо, разворачивая, сжал запястье так, что нож выпал из моих онемевших пальцев.