Аларика

Как по-твоему воспримет это тот, для кого промежуток в десять раз меньше – целая жизнь? Кто ежедневно видит костлявую рядом с собой? Каково умирать, зная, что кто-то рядом будет жить даже когда на свете исчезнет память о твоих правнуках?

Тайрон пристально смотрел мне в лицо:

– Ты тоже ненавидишь меня за это?

– Нет. Для этого я слишком молода и глупа. – Я улыбнулась. С ним рядом было легко и спокойно. И безопасно. – Может, если доведется дожить до старости, я вспомню тебя и взвою от зависти. А пока – просто не знаю, что делать с вечностью, достанься она мне.

– Так и я не знаю, – сказал он.

Мы молчали, неторопливо потягивая травяной взвар. Наконец, Тайрон поставил на стол пустую кружку и легко поднялся:

– Пойдем. Купим тебе что-нибудь поудобнее юбок, и начнем заниматься. Если хочешь найти свой посох и остаться живой, придется еще много чего узнать. Тебя учили старательно и с любовь, но пока этого совсем недостаточно.

Ночевать я осталась в доме эльфа. Просто не осталось сил на то, чтобы добраться до постоялого двора.

В свое время отец на занятиях гонял нещадно, но то были цветочки по сравнению с тем, что устроил Тайрон. Вечером меня едва хватило на то чтобы стащить сапоги. Даже возиться, разбирать постель не стала – просто рухнула поверх покрывала как была, в кожаных штанах и холщовой рубахе, и провалилась в сон. Чтобы посреди ночи проснуться оттого, что кто-то тряс за плечи. Я завопила, шарахнулась, слетела с постели, больно приложившись локтем об пол, вскочила…

– Это я.

Маленький шарик света озарил лицо Тайрона. Я всхлипнула и осела на беспомощно подогнувшихся коленях.

– Ты кричала. Я пришел проверить, попытался разбудить, и – вот… – он развел руками. – Извини.

Кричала? Что-то снилось, но припомнить не вышло – лишь снова накатил ужас.

Тайрон подошел ближе, протянул руку, помогая подняться. Я выпрямилась, ощущая себя дура-дурой.

– Прости.

Эльф небрежно пожал плечами:

– Бывает.

Окинул взглядом и усмехнулся:

– Не стоит спать в одежде.

В этом доме бояться нечего.

На нем самом были только штаны – ни рубахи, ни обуви. Ладно хоть совсем голяком не примчался – хорошо я, похоже, вопила. Громко.

Я опустилась на кровать, обхватив себя за плечи. Потерянно повторила:

– Прости.

Тайрон присел напротив – глаза в глаза.

– Это пройдет. Может быть, не так скоро, но – пройдет. Я знаю.

– Тебе-то откуда знать?

– Было. – Коротко ответил он. – Прошло.

Поднялся и молча прикрыл за собой дверь.