Жена вместо Приговора, или О бедном драконе замолвите слово

Иначе говоря, все четверо были свято уверены в том, что жених номер пять и два его сопровождающих отправились следом за четырьмя предыдущими.

И всё же ставки были слишком высоки, чтобы не перестраховаться.

– Ка-аааичка, – неожиданно для Каи дружным хором заискивающе запели бабка и тётки. – Пожалей молодые жизни, отпусти молодцев на все четыре стороны! – приступили они к реализации своего плана «Б». – Тут их всё равно рано или поздно, но найдёт-таки смерть! Сама знаешь, наш замок – место гиблое! А если ты их отпустишь прямо сейчас, то у них ещё, возможно, будет шанс выжить! – перебивая друг друга, вещали «сердобольные» родственницы.

– Мне вообще кажется, что это наш прадед Гутлеифр их изводит, – понизив голос до шёпота, заговорщицки продолжала Агнесса. – Ему же где-то жизненные силы надо брать, не у нас же! Мы всё-таки его родная плоть и кровь. Вот и изводит он твоих женихов.

– Агнесса права! Я тоже думаю, что это он! – ещё тише и таинственнее заявила Эвномия, опасливо поглядывая на замок.

– Больше некому! – многозначительно подвела итог Танталия. Голос её при этом звучал так тихо, что Кая скорее догадывалась, чем слышала, что именно говорит ей бабка. – Поэтому, внученька, выход только один – нужно нашему пра-пра-пра сказать, что они… – кивнула она в сторону Спуки, – что они не выжили!

– Всё ясно! – закатив глаза, усмехнулась Кая.

– Давно пора было! – одобрительно проворчал Спуки, подхватывая в единственную оставшуюся свободной лапу визжащую Агнессу, и наблюдая за тем, как остальные члены заградительного отряда разбегаются в разные стороны.

Глава 9

Не успела хлопнуть дверь, ознаменовав тем самым, что доставивший их монстр покинул помещение, Сигмар тут же принялся извиваться, пытаясь сорвать с себя паутину.

– Помочь? – посмеиваясь над усилиями внука, предложил старый дракон, который уже успел с помощью драконьего пламени и когтей освободиться от своего паутинового кокона. Впрочем, гораздо больше его радовало то, что он не чихал вот уже несколько минут.

– А тымм хаммх фымуоаашь? – поинтересовался молодой дракон, рот которого по-прежнему был залеплен паутиной, и которого в данную минуту не только ничто не радовало, а наоборот всё раздражало.