Провинциалка

– Который час? – недовольно услышала она в ответ.

– Шесть утра, – как ни в чем не бывало, сказала Вика.

– Ты что сдурела, поднять меня в такую рань? – возмутился он и повернулся на другой бок, укрываясь с головой одеялом.

– Мы в деревне всегда встаем в шесть утра.

– Тут тебе не деревня. Я хочу спать, а ты иди, займись чем-нибудь, – сердито сказал Алексей и поверх одеяла положил подушку.

Вика, тяжело вздохнув, надела шелковый халат и, сунув ноги в тапки, отправилась в ванную.

«Неужели это и есть то самое блаженство, о котором говорят и пишут все вокруг?» – думала Вика, стоя у зеркала и расчесывая волосы цвета горького шоколада.

Вчера она испытала боль. Одну боль, которая до сих пор разрывает все внутри, а Леша после полученного для него удовольствия просто отвернулся и уснул, даже забыв ее спросить: хорошо или плохо, больно, не больно.

Закончив приводить себя в порядок, она спустилась на первый этаж, где ее ждал большой стол с оставленной грязной посудой после вчерашней вечеринки. Она тут же принялась убирать и мыть посуду. Прибрав первый этаж, она решила всем приготовить завтрак – пожарить блинчики.

Комната пропахла запахом табака. Лиза, лежа в постели, потягивала сигарету.

– Ты можешь не курить в комнате? – его раздражало, когда девушки курили. Брюнет молча надел брюки, рубашку и, даже не посмотрев на девушку, направился к выходу, но остановился и решил поговорить о том, что произошло вчера.

– Послушай, – произнес тяжело он, стараясь правильно подобрать слова: – то, что произошло вчера…

– Я знаю, – продолжила она за него, потушив сигарету: – Это все было на эмоциях. Мы это сделали от отчаяния.

– Я рад, что мы поняли друг друга, – на душе стало легко, как будто камень упал с плеч, и Максим покинул спальню.

Вика, разложив по тарелочкам блинчики и поставив их на стол, услышала, как кто-то быстро спускается по лестнице. Это был Максим. Увидев его, она с улыбкой произнесла:

– Доброе утро, Максим! Я блинчики приготовила.