Зарисовки одной дамочки

– Батюшки, что с ней там сделали? – спросила Полина, глядя на то, как Катину домработницу сажают на подушки и прислоняют к стене.

– Дама немного возбудилась, – улыбнулся молодой человек и, поцеловав Дарье руку, удалился.

Дарья сидела неподвижно, продолжая судорожно глотать воздух.

– Так, сто грамм, – быстро сообразила Елена и влила в Дарью немного водки.

– Боже мой, – слабым голосом произнесла та, – он… он… – и она слабо вытянула руку, показывая куда-то вдаль. – Он разделся полностью.

– А ну, рассказывай! – приказала Елена, подкладывая ей под спину подушку.

– Мы поднялись туда, – Дарья перевела затуманенный взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж, – и зашли за невысокие загородки. Он меня усадил, а сам начал танцевать и раздеваться (она судорожно вздохнула, и Елена влила в нее еще немного горячительного), а потом он снял с себя и трусики. И у него – стояло! – Дарья с выпученными глазами замолчала.

– Дальше! – потребовала Елена, опрокинув в себя небольшую стопочку водки.

– Он начал в меня тыкать своим … – Дарья замолчала, подбирая слова.

– Это мы пропустим, – подсказала Полина. – И что? Куда тыкать-то?

– Ну, не тыкать, а как бы водить по щекам, волосам, ушам, рукам. Ой, я чуть сознание не потеряла. Я его весь рассмотрела. Он такой…

– Не волнуйся. Дыши носом. Это пройдет, – посоветовала Маня.

Елена, выпив еще немного, мудро изрекла:

– Ничего, дорогая. Ты должна знать.

– И неловко пытающегося исследовать континент, – закончила за нее Полина.

– Дело не в этом, – пролепетала Дарья. – Дело в том, что мне понравилось! Я хочу еще!

– Ну вот, тест пройден. Она мужиков любит, – и Полина зачмокала губами.

– Для первого раза достаточно, – заметила Маня. – Хорошего понемножку. Ну что, сексуально озабоченные, потащили ее домой, что ли? А то Катька нас убьет, если она завтра работать не сможет.

Разговоры.

Разумеется, на следующий день то ли от выпитого, то ли от увиденного (переборщили мы, старые дуры!), Дарья даже не шевелилась. Екатерина, вызвав утром Елену, поручила ей (не только как медику, но и как главной совратительнице молодых домработниц с пути истинного), привести Дарью в чувство любыми средствами.