Зарисовки одной дамочки

И пусть по нему сохнут только Наташи Ростовы!

Все согласились и выпили.

– Тихо! – вдруг вскрикнула Елена. – Слушайте!

Мы прислушались. Где-то за стеной раздавалось кудахтанье.

– Это где? На улице? – спросила Маня.

– Кажется, у меня. Только я не помню, чтобы у меня в квартире кто-нибудь кур разводил, – ответила Катя и, с трудом поднявшись, шатающейся походкой вышла из столовой.

Призываем мужчин.

Мы тихо, на цыпочках, обходили огромную Катькину квартиру. По мере приближения к комнате, где жила Дарья, кудахтанье становилось все более отчетливым.

Напольные часы в столовой пробили полночь. Подкравшись к комнате, мы прислушались: за дверью слышался странный шорох, бормотанье и куриное возмущение. Катя толкнула дверь рукой, и она открылась. Перед нами предстала странная картина. В центре комнаты лежала живая курица со связанными ногами, накрытая сверху небольшим женским платком. Вокруг нее на полусогнутых ногах с зажженной в руках церковной свечой ходила Дарья и что-то бормотала себе под нос.

– Так, – громко сказала Екатерина и включила свет. – И что здесь происходит?

Дарья испуганно икнула и застыла над курицей.

– Я спрашиваю, что здесь происходит? – грозно повторила хозяйка квартиры.

– Вот, – дрожащим голосом ответила Дарья, – проверяю заговор.

– Какой заговор? – спросила Маня.

– В журнале прочитала.

– Ведьмы! – пробасила Катя. – Кругом одни ведьмы! – и тихо начала оседать на пол.

– Пить меньше надо, – отозвалась Маня и попыталась поддержать подругу.

– А что за заговор? – полюбопытствовала я.

– Господи! – устало ответила мне Полина. – Да я тут недавно Катьке журнал принесла, в котором статья напечатана о том, как гадалки людей дурят. Ну и приведен пример одного заговора. Мол, если его сделать, то мужики косяком повалят.

– Дарья, – подала свой голос Катя, с трудом поднимаясь на ноги, – а зачем тебе мужики? Ты же у нас из большинства. Лесбиянка.

– Из меньшинства, – поправила ее Полина.

– Это десять лет назад их было меньшинство! А теперь – большинство.

Дарья ничего не ответила. Мы конфисковали курицу, развязали ей ноги и выпустили, бедняжку, с балкона. Хорошо, что Катька живет на втором этаже. Курица благополучно приземлилась и, кудахча, растворилась в ночи. Мы же решили, что хватит пить, и дружно пошли спать.

А народ верит.

Когда мы отпускали на волю бедную птицу, мне и в голову не могло прийти, что проверить заговор, напечатанный в журнале, захочется не только одной Дарье.