Танец белых карликов

Казалось, ее одежда соткана из самой ночи: на синей и изумрудно-зеленой ткани ярко блестели звезды, складываясь в россыпь созвездий… Или это просто сама ткань расшита зеркальными осколками?

Незнакомка в маске приложила палец к серебряным губам и знаком велела следовать за собой. Они долго шли по тропе среди серебряных Деревьев Ночи, и Тим вдруг заметил, что все они разные: вот яблони, а вот оливы, ели, а здесь мандариновые деревья и даже дуб с ярко-красными желудями. Словно в саду были собраны ценные породы с разных уголков мира, только листья у всех были серебряные.

Тиму вдруг почудилось, что все эти деревья – живые; что они дышат, провожают его безглазыми взглядами, шепчутся за его спиной…

Незнакомка в маске вела его в самую заросшую часть Мерцающего сада, тропа все сужалась, пока совсем не пропала, и Тим пошел по пружинистому серо-жемчужному мху, тускло поблескивающему в полумраке. Парень вдруг понял, откуда берется призрачное сияние, озаряющее все в этом мире, – это серебристые листья деревьев отражают звездный свет.

Здесь все сияло, переливалось, серебрилось, скользило и мерцало, словно в странном сне…

Неожиданно Тим увидел, что впереди пропасть метров в пятьдесят. Никакого моста через нее не было, но тропа продолжалась на другой стороне. Незнакомка даже не замедлила движения: шла вперед, будто не замечая опасности.

«Стойте!» – хотел крикнуть Тим, но она лишь взмахнула широким рукавом и – о чудо! – узкая сияющая тропа протянулась через пропасть.

Женщина в маске пошла по ней, и парню ничего не оставалось, как отправиться следом.

Вскоре они вышли на небольшой выступ, откуда был виден весь «город звезд», как окрестил для себя Фамагусту Тим. Вид завораживал, и он вдруг осознал, что они забрались очень высоко. Тим хотел спросить, куда же они пришли, как вдруг обнаружил, что незнакомки и след простыл – он остался здесь совсем один.

Внезапно уступ начал меняться: каменная площадка резко увеличилась в ширину, по краю выросли белоснежные перила, зажглись фонари на возникших неизвестно откуда резных столбиках.

Появились белые кресла с высокими спинками, будто сделанные изо льда, показались нечеткие, размытые силуэты людей.

– Попрошу вас сохранять спокойствие, – раздался голос Арракис.

– Уважаемые мистры и мистрессы, соблюдайте тишину, – громогласно объявил Арктур.

Да это же люди-звезды! Только неясно, кто и где, – Тим видел все собрание словно через мутное стекло.