Охота за Радугой

– Ничего, тут горничные есть, и потом, мы плывем всего сутки, я не успела еще бардак в каюте сделать, – отмахнулась она.

– А мне неприятно, когда чужие руки мои вещи трогают и на место убирают, – заявила Тамара.

Внучка ничего не ответила, только слегка шевельнула плечом в знак несогласия. Женщины приветливо кивнули и улыбнулись Розе Давидовне. Та тоже поздоровалась, а про себя улыбнулась – понятно, что девчонка осталась при своем мнении. Наверное, студентка, живет с родителями или с бабушкой, привыкла, что в доме кто-то другой прибирается.

– Что-то вы на экскурсию не поехали, – заметила Роза Давидовна вслух.

– Жарко очень, не хочется по автобусам мотаться, а там еще одни пешеходные экскурсии, – сказала Тамара. – Да и моя Дарья мне не советовала, – кивнула она на дочь, – говорит, что от прогулки на воде пользы больше, чем от музеев.

– Насколько я поняла, вы врач? – уточнила у нее Роза.

– Невролог, – кивнула Даша.

– Редкая и полезная специальность в наши дни.

Дарья улыбнулась, но ничего не ответила, и три женщины проследовали дальше.

Роза Давидовна знала, что их в поездке сопровождали мужчины, но почему-то рядом их не наблюдалось. Наверное, сидят в баре и пиво пьют, решила она.

Пожилая женщина перевела взгляд на реку. Правда, с той точки обзора, где она сидела, водный простор реки просматривался, только если смотреть прямо на корму. Когда теплоход причалил к пристани, рядом тут же встал другой теплоход, за ним третий и четвертый. Хоть в Самаре и самая длинная набережная на Волге, причал для теплоходов имеет ограниченную пропускную способность, поэтому все причаливающие теплоходы встают параллельно друг другу.

Поэтому Роза Давидовна со своей скамейки могла любоваться отнюдь не на берега Волги, а лишь на другие теплоходы, которые стояли рядом. Большинство пассажиров тоже сошли на берег, а остальные курсировали по трапам. Она невольно сравнивала «Александра Невского» с «Гоголем», стоявшим совсем рядом, и со следующим – «Маяковским».

«Наш теплоход, конечно, попроще будет и не такой новый, но тоже ничего, – к своему удовольствию решила она. – Все-таки, четырехпалубник».

Внезапно как будто легкий порыв холодного ветерка коснулся ее кожи. Она автоматически попыталась запахнуть легкую кофточку, надетую на ней, но потом поняла, что это не ветер. Она ясно ощутила чей-то изучающий взгляд. Не недоброжелательный, не презрительный, а именно изучающий. Такое легкое покалывание затылка.