Шаги в пустоте

– Ты говоришь про Медею? – изумился Тимур. – Ты что, пробовал навести на нее морок? Да ты с ума сошел! Хвала звездам, что она тебя не убила… – Он сердито покачал головой.

– Вообще-то у меня получилось, – обиженно заявил Тим. – Она даже пошатнулась… Но потом стала водить руками туда-сюда, и все, я поплыл… дальше ничего не помню.

Тимур уставился на Тима, словно впервые его увидел. У него аж рот приоткрылся. Разведчик сощурился, будто хотел что-то сказать, но промолчал. И нахмурился.

Тим запоздало подумал, что зря он так разболтался.

В конце концов, хвастаться было нечем – эта лунатская мистресса Медея затуманила ему разум, он упал в обморок, а очнулся уже в плену.

Чтобы отделаться от неприятных мыслей, Тим решил освоить новое упражнение: в голове у него вспыхнула звезда, он почувствовал, что вдоль позвоночника разливается тепло… Как и говорил Тимур, появилась резь в глазах, но сразу пропала.

Внезапно старый город предстал перед ним в легком сиреневом свете. Даже слегка фиолетовом… Здания вдруг стали как будто прозрачными, а их контуры обозначились тонкими серебристыми линиями.

Да и окаменевшие стволы деревьев посветлели, силуэты сделались четче… Тим смог посмотреть сквозь мостовую – увидел какую-то железную трубу под землей… ого, да там внизу целый лабиринт труб!

Парень перевел взгляд на колесо обозрения и ясно разглядел все кабинки. В каждой из них оказалось по четыре круглых сиденья, а центральный механизм давно покрылся толстым слоем ржавчины. Через некоторое время Тим понял, что может приближать и удалять предметы, словно наводить фокус и усиливать резкость.

С ума сойти, он рассмотрел даже заклепки на осях и круглые ручки на дверцах кабинок!

Только он хотел поделиться своим открытием с Тимуром, давно наблюдавшим за ним с внимательным интересом, как колесо обозрения вспыхнуло ровным, сияющим светом – все его опоры, ось, кабинки, даже зубчатый обод главного колеса в один момент будто облили белой неоновой краской. Внезапно, ощутимо дрогнув, старое колесо медленно пошло по кругу: закачались кабинки, зазвенели ржавые цепи, заскрипел давно неработающий механизм.

– Тим, в укрытие! – запоздало крикнул Тимур, потому что белый свет, льющийся из самого центра колеса, вдруг взорвался сверкающим облаком и затопил все вокруг. И в этом слепяще-белом сиянии начали вырисовываться контуры, пока еще неясные, но все больше похожие на… птиц? Огромных, с большими крыльями и мощными головами на крепких шеях.