Часовое сердце

– Я ушел, потому что стал лучшим. – Он глянул на нее с вызовом, будто опасался, что Василиса осудит его за хвастовство. – Лучшим из лучших десяти… Конечно, если не считать самого старшего из нашего рода – Рока Драгоция.

– А кто это, Рок Драгоций?

– Эй, не замерзли? – раздался ехидный голос Норта.

Василиса обернулась. Марк шел под руку с Маришкой, словно на балу. За ними плелись Норт с Ярисом.

Фэш бросил хмурый взгляд на Марка.

– Сами опаздываете. Заснули, что ли?

Золотой ключник пожал плечами:

– Просто решили дать тебе больше времени.

– Я давно все обдумал, – ответил Фэш. Он подошел к Марку почти вплотную.

Василиса в который раз подумала, что, несмотря на разницу во внешности – Марк был высоким, худощавым, светловолосым, а Фэш – коренастым и темноволосым, – эти двое были очень похожи чем-то неуловимым… Может, решимостью и стремлением всегда побеждать, может – сильным, но эгоистичным характером.

– Есть тайная тропа в Змиулан… – с оттенком превосходства начал Фэш.

– А какая сейчас тебе разница? – делано удивился Марк. – Ты ведь покинул замок Драгоциев. А значит, можешь трепаться о дядиных тайнах кому хочешь. Постой, а может, ты захотел вернуться? – Он сощурил в насмешке глаза. – Почему бы тебе не приползти к нему на коленях? Момент очень подходящий – сейчас, когда Астрагор приглядывает за нами.

В полумраке казалось, будто лицо Фэша застыло, превратившись в гипсовую маску. Василиса, находившаяся неподалеку, почти физически ощущала его гнев. Остальные тоже притихли.

Некоторое время мальчишки молча разглядывали друг друга. Остальные наблюдали, затаив дыхание. Только Диана, выдавая волнение, нервно крутила обод часового браслета на руке.

Марк не выдержал первым. Он криво усмехнулся:

– Успокойся, малыш. Астрагор еще утром выслал приглашение всем ключникам.

С этими словами Марк взмахнул стрелой, вызывая часолист, после чего картинным жестом, явно позируя, открыл его. Над ошеломленными ребятами вспорхнула стайка светящихся шаров, которые тут же рассеялись, зависнув по одному над каждым ключником. При ближайшем рассмотрении шары оказались фонариками: в прозрачных стеклянных сферах горело по одной толстой свече.