Любовь без розовых соплей

– Прости, с чего такой вопрос? – я невольно хмурюсь, поскольку действительно не совсем понимаю, почему Данил задает мне его.

– Ты поселишься в офисе.

– И что с того? У меня ни семьи, ни детей. К родителям я на выходных только езжу, кошку кормить не надо, собаку выгуливать не требуется, ибо их у меня нет. Почему бы и не пожить в просторном здании в центре города?

– А на меня у тебя время останется?

– А это смотря на что. И как часто… – я прикусываю нижнюю губу и невольно облизываю ее. Потому что… Да ну хватит уже на пороге пикироваться.

Его губы мягкие и твердые одновременно. Его дыхание чуть отдает коньяком и сумасшествием. Его руки держат мое лицо так нежно и бережно, что я не могу придумать ни одной причины отказаться от еще одной безумной ночи. И не хочу ее придумывать. Зачем? Есть только здесь и сейчас. Все разумные доводы были “до” вчерашней ночи и появятся “после”. После того, как я верну его хорошей девочке-жене. А здесь и сейчас я пью его поцелуй, впитываю его живительную силу, как измученный засухой цветок пьет первые капли летнего дождя.

– На то, чтобы быть в тебе. Двадцать пять часов в сутки восемь дней в неделю.

– Не сотрешься? – мурлычу я в мужские губы.

– Поверь, я мечтаю стереться вот так. Ты просто не представляешь, насколько я этого хочу.

– Но?

– Но есть “но”, много “но”.

– В пять утра? – я беру его руку и кладу ее на подвеску, отмечая, что мужские пальцы подрагивают.

Он нежно оглаживает кулон, задевая голую кожу и посылая крохотные искры-разряды желания, что прошивают мое тело мощнейшим “надо-немедленно-трахнуть-этого-самца” импульсом.

– До пяти утра еще уйма времени, – шепчу я ему в самое ухо и с восторгом слышу низкий утробный хрип. – И мы можем даже не ложиться.

Глава 10

– Ведьма, – горячечный шепот в ухо. А нетерпеливые руки уже сминают грудь, что сама рвется в жесткий захват, желает его, жаждет его обладания ею. Мною.

– Сирена морская. – Ткань жалобно потрескивает, трусливо сдаваясь стихийному напору, а щеку обжигает трение дневной щетины.

– Дурманишь. Затягиваешь. Пьянишь крепче любого виски. – Его ладони уже под моими ягодицами, приподнимают, бесцеремонно притирая к вздыбленной ширинке.