Часовой ключ

– О чем же вы говорили, Эрик? – вкрадчиво спросила она, подступая к младшему брату. – Что ты ей рассказал?

– Ничего он мне не рассказывал, – хмурясь, заверила Василиса. Кажется, здесь действительно происходит что-то серьезное.

– Эрик? – Няня пропустила ее реплику мимо ушей.

– Ни о чем не говорили, – ответил тот, внезапно успокоившись. – Я просто хотел поцеловать ее.

Воцарилась изумленная тишина.

У Василисы отвисла челюсть. Норт тоже выглядел ошарашенным.

– Да врет все… – заявил он, но уже не так уверенно.

Первой опомнилась госпожа Азалия, она резко шагнула к девочке, схватила ее за ухо и повела вон из библиотеки.

От удивления Василиса даже не сопротивлялась и позволила довести себя в таком положении до самой комнаты.

Раскрыв одной рукой двери, госпожа Азалия отпустила наконец Василисино ухо, не забыв подтолкнуть девочку в спину. После чего ушла, так и не произнеся ни слова.

Оставшись одна, Василиса решила разобраться с мыслями, успокоиться, взять себя в руки.

Поведение Эрика ошарашило ее.

И не само заявление о дурацком поцелуе. На девочку куда большее впечатление произвело то, с какой ненавистью Эрик колотил Норта, кричал на него… А она-то думала, что младший во всем слушается старшего брата.

Загадки семьи окружили Василису плотным кольцом, и ни одна из них не хотела разъясняться.

Поэтому девочка вытащила на свет золотые часики – пожалуй, единственный, имеющийся у нее ключ к семейным секретам.

Ничего страшного не случится, если она подует на них и потрет стекло…

Крохотные часики легко выпрыгнули из рук и завертелись в воздухе, словно висели на невидимой ниточке.

Вращение убыстрялось, сливаясь в одно сплошное золотое кольцо. Кольцо начало расширяться, пока не превратилось в сверкающий солнечный обруч. В середине его неожиданно засеребрился легкий дымок, словно запотело стекло в окне, и вдруг проявилось четкое изображение: смуглое лицо какого-то пацана.

Василиса не сдержалась и ахнула. Мальчишка озабоченно хмурил лоб, чесал затылок, стриженный ежиком, и глядел куда-то вниз.

И вдруг он поднял взгляд: глаза у него оказались большие, темно-карие.

– Привет, мальчик! – радостно ляпнула Василиса и сразу же покраснела. Ну надо же так сказать!

– Привет, девочка! – Мальчишка широко улыбнулся. – Ты хочешь сделать заказ моему отцу? Часолист сломался, да?

– Э-э, а кто твой отец?

Темные брови мальчика сложились домиком.

– Мой отец – Константин Лазарев, – произнес он после некоторых раздумий.