Сокровища Пейрана

– Они вас разбудили-таки, – совсем рядом раздался голос Бранта.

Андре, не задумываясь, рванулся навстречу этому голосу и… едва не взвыл от боли, сразу и в руках, и в голове:

– Зачем же так резко?! – Брант уже был у кровати и взялся помочь больному принять более удобную позу.

Как только это удалось, он сразу же взял Андре за голову, как и всегда, за виски. А тот, оглушённые болевым ударом, по началу и не заметил это. Но когда сознание юноши прояснилось, он, тут же попытался высвободиться.

– Почему вы отказываетесь от такой моей помощи?! – в этот раз в голосе Бранта явно послышалась досада.

– Просто дайте мне вашу чудо настойку, и достаточно! – и Андре упрямо отстранился.

– Ваша голова – это чистая рана, я могу и должен помочь! – Брант сел рядом.

– Должен? Вы, господин Брант, мне ничем не должны. Это скорее наоборот, – Андре тяжело вздохнул, выдохнул, – Зачем вам брать эту мою боль в себя?

– Эта ваша боль во мне так не отзовётся. Но это значительно облегчит и ускорит ваше выздоровление.

При таких словах лекаря Андре недоверчиво сощурился:

– Хотите, чтобы я поскорее убрался отсюда? Понимаю, я одна сплошная проблема, и сейчас, и в будущем…

– Ну, это вам решать, – Брант понял, почувствовал, что Андре ожесточился, и решил уступить. Он отлил в кружку немного спасительного обезболивающего и дал его выпить Андре, – Жофрей говорит, что Питеру Вайту вы в конец концов позволили так вас лечить… Значит, вы можете довериться только другу, пусть и такому странному?

– Все мы странные… по-своему, – сощурился в ответ Андре, но Брант неожиданно улыбнулся:

– Да, верно, но вы даёте фору почти всем… Я слышал, вы позволили Горан обращаться к вам на «ты».

– Позволил? Нет, я просил их об этом одолжении. И почему это вас удивляет? – продолжал хмуриться Андре.

– Потому что вы дворянин, титулованная особа, человек гордый.

Но Андре не хотелось отвечать на этот вопрос этому человеку, а потому он отвёл глаза к окну. Тёплый солнечный день уверенно клонился к закату, полуденный зной уже спал, тени удлинились. Но Брант снова опустился на табурет и стал с нескрываемым интересом рассматривать своего подопечного.