Путь домой. Год надежды

Признаться, сейчас мне гораздо интереснее не кто, а как? Как этот кто-то это делает?! Смотрите, он передвигается практически бесшумно. Элис не заметила, как он ушёл. Уильям тоже. Причём этот последний находился с ним в одной комнате, и дверь была и осталась запертой изнутри!

– По-твоему это… возможно? – сощурился герцог.

Виктор непонимающе повёл головой:

– Ваша Светлость, согласитесь, легче поверить в их безумие, чем в то, что они говорят.

– Значит, у тебя нет идей, – тяжело подвёл черту герцог, – Фил, есть что добавить?

Но Фил лишь беспомощно развёл руками.

Что ж, герцог даже не пытался скрыть свою растерянность и… Да, он был очень зол, и даже напуган. Его праиэры поняли это, и как будто разделяли эти чувства своего господина.

– Ладно, вы свободны. Хотя нет… Пока я не разберусь в этом деле, сделайте всё возможное, чтобы во дворце не возникла паника, – распорядился герцог.

– Это трудная задача, Ваша Светлость, – обронил Фил.

– А я не говорил, что она лёгкая, – огрызнулся герцог, – Всё.

Убирайтесь! Хотя нет, Фил, задержись.

Называемый Гленом сдержанно поклонился и закрыл за собой дверь. О, как бы Фил хотел сейчас быть рядом с ним, а не здесь, в кабинете герцога! Ведь он прекрасно понимал, о чём сейчас пойдёт речь – Его Светлость наверняка пожелает услышать свежий отчёт о наблюдениях за Гленом. Что ж, Фил оказался прав и приложил все мыслимые усилия, чтобы скрыть, как сильно ему уже надоели такие допросы. Но в тот момент, когда герцог потребовал, чтобы Фил даже ночью не смыкал глаз и присматривал за Гленом, Фил не выдержал:

– Ваша Светлость, сжальтесь, я всего лишь человек! А человеку сон необходим!

– Я удвою тебе жалование, если ты не поспишь грядущие две ночи.

Ещё вопросы есть? Тогда свободен.

Фил низко поклонился и, наконец, покинул ненавистный кабинет. Приказ усилить слежку за Гленом, не спать даже ночью, мягко говоря, не обрадовал его. «Разрази гром этого герцога! Сколько же можно?! Его раздирают сомнения, а мне приходится следить за другом, точнее за человеком, которого я бы хотел называть другом! Чёрт побери, Ваша Светлость! За десять лет моей службы вам я впервые встретил такого человека, и вы упорно возводите между нами барьер.

Я понимаю, не в ваших правилах допускать дружеские отношения между слугами. Разделяй и властвуй – вот ваш девиз, но всё же… Это же моя жизнь!» Фил шёл анфиладой второго этажа, совершенно не разбирая дорогу, а в этот момент даже с досадой ударил кулаком в очередной дверной косяк.