Невеста без места

– Оставить бы тебя до будущего года хотя бы, что ли! Так ведь не могу не отпустить, видишь, как они повернули! И еще он с бабкой твоей согласился, что тебе скорее замуж надо, – добавил князь. – Ну а раз это дело решенное, то и порадуемся. Карияр – тоже земля ветлянская. Ветляне они, как и мы, хоть и живут далече. И язык, почитай, наш, и обычаи сходные. Может, все к лучшему и будет, дай-то Боги Светлые, – заключил он и переменил тему: – А тут еще приходили купцы, лесованские. Знаешь ведь, о чем говорю, подглядывала?

– Подглядывала, – не стала отнекиваться Велька.

 – Испугалась я, батюшка. Он, главный их, меня своей почти что холопкой называет. Как же так?

– Слышала ведь, что я ответил? Не по нашим законам все то. А вообще, я знал, что Аленья с дочкой сбежала из Лесовани, а мужа ее убили. Это еще до войны со Степью было. Оборотни тогда на одной стороне с нами воевали, а потом, на победном пиру, семнадцать лет назад, мы все спорную чашу распили, прощая друг другу все долги и недоразумения. Так положено, ведь во время войны всякое бывает.

Так что еще и поэтому не может у него быть прав на Аленью, если когда и были какие. Да и, понимаешь ты, в моем городе мою дочь своей холопкой называть – это если только жизнь совсем наскучила, – отец усмехнулся.

Велька тоже улыбнулась.

– Тут уж ты, дочь, виновата, – князь посуровел лицом, – тебе бы или держаться сообразно положению, чтобы не всякий и глаза поднять смел, или сидеть тихо, как мышь в норе, если я велел. Вот как Чаянка. Бери пример с сестры.

Она-то истинная княжеская дочь, ни с кем не спутаешь. Гляди на нее, как в Карияр поедешь, учись.

– Да, батюшка, – вздохнула Велька, – знаю, что виновата. Прости.

– То-то, – сказал отец мягче, – я ведь сразу за теми купцами людей послал, чтобы взяли их, – доверительно добавил он, понизив голос, – да не успели. Они, оборотни, той же ночью и уехали. А я уж решил, посидит в порубе[28 - Поруб – тюрьма, темница, обычно углубленное в землю помещение.] у меня этот прыткий купец, разберусь, кто таков и что за мысли дурные у него в голове засели.

А он, вишь, и впрямь прыткий! Воевода обещал всю дорогу тебя беречь, глаз не спускать. Ты ему не мешай, а то знаю тебя!

– Хорошо, батюшка, – не стала спорить Велька.

Да и чем тут возразишь? Уж мешать она не станет, конечно!

– А знаешь, дочка, чего еще я не пойму? – он задумчиво покачал головой. – С условием, что матушка с волхвой придумала, кариярский боярин сразу согласился и бровью не повел.