Королевская невеста

А леди Клотильда была когда-то на короткой ноге с королевой-матерью, и король, конечно, рад увидеть леди Орсу, которую так любил в детстве! А они почему-то не остались в Лиссе, и опекунше срочно понадобилась Азельма – так что случилось?

Она только и успела наскоро переодеться и причесаться, как прибежала горничная леди Клотильды её звать.

Опекунша была не в духе.

– И где тебя носило? – накинулась она не девушку. – Пропала, никто не знает куда. Что-то много воли себе взяла, подлая девчонка!

– Да поставь её на горох, маменька, на пару часиков, – подсказала леди Орса, которая сидела в кресле и перебирала купленные в городе новые ленты.

Азельма промолчала, хотя могла бы возразить, что последнее время она так же избегала леди Орсы, как и предпоследнее и все прочие времена, и уж конечно наглеть даже не пыталась. Просто та всегда поддакивала маменьке, а начинать возражать – получится только хуже.

– Некогда ей на горохе прохлаждаться! – отрезала леди Клотильда.

– В деревне! – нашлась Азельма. – Тетушка Сафина уезжает к родне и пожелала оставить мне сколки редких узоров, которые хранила всю жизнь. Я боялась не успеть. Ведь нам пришлось задержаться в Лиссе, миледи.

– Вот именно! Я ещё пошлю узнать, какая у вас там ось сломалась. Вам бы всем только бездельничать! Надеюсь, будущая баронесса оценит, каково мне присматривать за её наследством и за вами, бездельниками!

В сущности, слуги давно поняли, что проверять и ради этого куда-то посылать опекунша не станет.

– Не оценит она, маменька! – сладко протянула Орса.

– Ничего, моя хорошая, – кивнула ей леди Клотильда. – Это наш долг, и нам воздастся. А тебе вот. Вместо гороха. И попробуй только не управиться вовремя. В мастерской работу ждут, нужна срочно, – она вынула из своего шелкового мешочка для рукоделия лоскут ткани с куском кружева и сунула Азельме, – нужно такого же кружева три локтя.

Азельма расправила кружево на ладони. Это явно был ворот мужской рубашки, очень старый. Кружево сплетено из очень тонкого льна – и хорошо, что не шёлк. Кружево затейливое, шириной четыре пальца, узор незнакомый, но это ничего. Нитки серые, лён не отбелен и не покрашен – такое кружево она видела на старых портретах.