Единственный дракон. Книги 1 и 2

Ардай в то время уже научился худо-бедно складывать буквы, но тех, которые были выписаны на борту корабля, он даже не знал. Тогда, было дело, Ардай искренне пожалел, что не может хотя бы ненадолго наняться матросом на этот красивый корабль. Они пошли дальше вдоль пристани, и отец объяснил:

– Если очень нужно, сильный рух перелетит и море, потому что он может отдыхать в воздушных потоках. Конечно, очень хорошо, если по пути удастся сесть, чтобы отдохнуть и подкрепиться, но не всегда так везет. А попутный ветер несет и птицу, не только корабль, поэтому хороший рух всегда быстрее корабля.

– Значит, летать на рухах лучше, чем плавать на кораблях? – простодушно заметил Ардай.

– Вот именно, – согласился отец. – По мне, так никакого сравнения. А вот есть еще океаны, это тоже моря, но очень-очень большие. Их рух не перелетит, конечно.

– А дракон?

– Этого не знаю…

Вот что Ардай запомнил надолго, а дворцы и парки с фонтанами не произвели на него никакого впечатления.

Перед тем, как уезжать из столицы, отец посадил Ардая в седло и поднялся в небо на рассвете, они облетели город. Всё равно мощная крепость казалась страшной, некрасивой, а вот море, освещенное первыми рассветными лучами, было прекрасным.

– Ит – настоящая военная крепость, – сказал отец. – Она может выдержать долгую осаду неприятеля. Иначе нельзя, это же императорская резиденция. А вот Аш давно для такого не годится, хотя лет триста назад его Цитадель тоже была мощным укреплением.

– Цитадель – ненастоящая крепость? Это почему? – Ардай огорчился за Аш, ведь этот город был «свой», можно сказать.

– Потому что рядом – Хозяева Драконов, они не любят, когда их соседи воюют. Поэтому у нас в Приграничье давно не было войн.

– Как жалко, – огорчился Ардай.

– Что ты, глупыш, – отец тронул ладонью его волосы, – это просто отлично. Лучшего и желать нельзя.

Ардай очнулся от воспоминаний – не вовремя они нахлынули.

Это дело не быстрое – каждый купец лично платил серебряный дирр и получал квиток у начальника стражи. Сзади, за вереницей груженых фур, столпились простые путники, кто на лошадях, что пешком. Досадовали, небось, что подзадержались и не успели пройти впереди торговцев.