Единственный дракон. Книги 1 и 2

– Да, это классическое зелье для магического допроса, в которое подмешано зелье для восстановления памяти. Господин маг, полагаю, считает, что колдунья могла лишить своего помощника памяти?

– Такая возможность ничтожна, но она существует, – признал Каюб. – Ильмар Эстерел, я настаиваю, чтобы твой племянник Ардай Эстерел первый выпил из чаши.

– Думаю, разницы нет. Но какова причина? – удивился дядя.

– Полчаса назад мне доложили, что имя Ардая Эстерела значится в списке тех, кому запрещен вход в обитель. Это значит, что он имеет там некий интерес.

Да, молодой имень? – Каюб взглянул на Ардая.

Тот уже призвал себе на помощь и Провидение, и всех прочих, наделенных силой. Потому что положение его стало аховым. Но… будь что будет. Он – имень Эстерел.

Взгляд Каюба он встретил твердо, даже широко улыбнулся.

– Благодарю, господин маг. У меня были догадки насчет Обители, но я не знал, как их подтвердить. Ты только что сделал это! Значит, моя будущая теща действительно прячет мою невесту именно там.

– Что ж, рад, что помог, – усмехнулся Каюб. – Итак, ты первый в очереди, Эстерел.

Серебряная чаша на столике. Сейчас Ардай выпьет из нее, и потеряет волю. Его язык, его разум откажутся повиноваться. Он будет по принуждению отвечать на вопросы Каюба. Расскажет про дровосека Иствена Ира, про Лиолину Дьянну…

Это и есть унижение – говорить по принуждению. И все будут ловить каждое слово…

Нет, не надо.

Ардай подошел, остановился в шаге от стола, повернулся к наместнику, и сказал – просто удивительно, насколько спокойно у него это получилось:

– Я приношу клятву именя, господин наместник, – он поцеловал клинок ножа, сунул его обратно в ножны и положил на грудь правую руку.

И услышал, как бьется сердце, сильными, гулкими ударами. Дороги назад нет. Ничто больше не будет, как раньше. Но лучше сказать всё так, чем под действием магического зелья.

Хотелось бы придумать лучший выход, но ведь его просто нет.

– Я, имень Эстерел, клянусь своим именем и честью предков, что это я был сегодня в Обители отшельниц и помог бежать горной колдунье…

Ардай избегал смотреть на дядю Ильмара, но вокруг глянул – на всех лицах было написано неприкрытое потрясение.

Никто подобного не ждал. Наместник стоял с приоткрытым ртом, императорский инспектор и тот вытаращил глаза. И чего, спрашивается? Они же все хотели признания. Всё-таки в этом, должно быть, немного чести – признаться, когда приперли к стенке.

Вот и все. Что было – он знает.