Если у блондинки проблемы с головой и два автомата – это не ее проблемы, или Анекдот массового поражения

Да что там говорить, и сам полковник грешил этим несовременным недостатком. Впрочем, это все ненужная лирика. Главное, что он успел.

* * *

Как только дверь захлопнулась, Лера волшебным образом успокоилась. Она ехидно ухмыльнулась и сделала в сторону двери неприличный жест. Противный полковник, к сожалению, означенного жеста не видел, но в этом маленьком удовольствии Лере пришлось себе отказать. Что поделать, нельзя иметь все. Главное – у нее есть второй шлем.

Новый сейчас и не купишь. Не продают. Авария в цехе, ха! Тоже, небось, этот поганец замутил какую-то пакость.

А вот у нее шлем есть. Слава Славику! А полковнику, соответственно, хрен с маслом. Наша взяла.

* * *

– А все-таки, почему ты меня не пристрелила? Тогда, при первой встрече? – спросила монстряшка, – Как не крути, но ты же все-таки гемир. А насчет поработать в паре, это ведь ты потом придумала.

– Извини, конечно, но ты была ужасно смешная, – хихикнула Лера, – разве можно в такое стрелять!

Собеседница покрутила головой.

– А что, в смешных не стреляют? – фыркнула она. – Любопытная этическая норма.

Вот так. Этическая норма, понимаете ли! И ее, Леру, хотят уверить, что она беседует с компьютерной программой? Ну ладно, Борода. Хотя и по его поводу она немало удивлялась. Но он, по крайней мере, центральный персонаж игры. Допустим, разработчики вбили в эту программу уйму сил и времени. Да и к беседам на философские темы Борода не склонен, все больше вокруг снаряги и выпивки вертятся разговоры. Возможно, их удалось как-то алгоритмизировать.

А ее новая подруга? Как личность, она на порядок сложнее Бороды. Нет на свете компьютеров, которые бы потянули такую программу. И не будет, как минимум, еще лет пятьдесят. И язык программирования, на котором можно ее написать, тоже придумают не скоро. Да и зачем разработчикам, даже буде они гении всех времен и народов, корячиться, наделяя полноценным интеллектом проходной персонаж, для общенья вообще не предназначенный? Любой нормальный человек пристрелил бы монстра без разговоров.

Ну и что все это значит?

А вот что-нибудь да значит. Определенно. Полковник вьется вокруг этой, с позволения сказать, игры, как муха вокруг… ладно, будем вежливы и скажем – вокруг банки с вареньем. А профессор Северцев что-то темнит. И все они такие важные, такие умные… Черта с два ее, Леру, ототрут от этого дела!

– Кстати, меня зовут Стрекоза, – сообщила монстряшка, перебив ее мысли, – а тебя?

– Железный Паук

– Странное имя.