Случайный папа

Та, которая стянула шнурок с моей головы, но вместо того, чтобы тоже с себя что-нибудь снять – в конце концов, на это все намекало, – она взяла и сбежала!

Одно надувательство с этим шнурком. Как-то в Тибете, года полтора назад, отдыхали мы с приятелем у костра, и к нам прибился какой-то монах. Только и помню – узкие глаза и то, что он был жутко голодный. Приютили, накормили, чем было. Даже сожалели, что до его прихода слишком много сожрали.

Он сказал, что отблагодарит нас за такое гостеприимство. А утром вместо денег, которые исчезли из моего бумажника, я обнаружил этот шнурок и записку с инструкцией носить его при себе.

– А вдруг это хороший обмен? – спросил приятель, с которым мы вместе путешествовали.

Понятно, что он мог позволить себе в это верить. У него ведь ничего не украли. А я, видимо, слишком надышался чистым воздухом, потому что вдруг тоже проникся и даже закрепил этот шнурок на запястье.

А потом в ближайшем поселении местный житель, заметив эту побрякушку у меня на руке, спросил:

– Вы что, тоже судьбу зазывать к Норбу ходили? И на сколько он вас раскрутил? Вот ведь талант – он даже буквы путает, а к нему все ходят и ходят!

Взглянув внимательней на шнурок, я понял, что так и есть.

– Да чушь это все! Он и не монах вовсе – не выдержал обучения.

– Выгнали? Наверное, что-то украл?

– Нет. Однажды просто ушел, да и все. Не стал бы он воровать. Это грех. А взять плату за липовый ритуал или негодную побрякушку, вот как у вас, это мог.

– Вот так и делай добро, – проворчал мой приятель.

– Забей, – отмахнулся я. – Видимо, он сильно обиделся, что мы ему слишком мало оставили. Будем считать это платой за чревоугодие.

Странный шнурок, кстати, оказался очень удобным. Через пару месяцев я его оценил – мы тогда в путешествии долго болтались, волосы отросли.

О смысле послания, которое зашифровал тот псевдомонах, я больше ни разу не вспоминал.

До этого дня.

Пока не увидел на пороге беременную подражательницу Фантомасу.

Смешная.

Она говорит со мной. Спорит. Ищет какие-то аргументы и доказательства, что я ошибаюсь.

А я смотрю на нее и понимаю, что нет. Теперь я на двести процентов уверен, что прав. А тест…

Тест – для нее.